В доме у нас царила аккуратность, отчего у меня выработалась стойкая неприязнь ко всякому «живописному беспорядку». "Рабочий беспорядок" на письменном столе — вводная конструкция. Я не верю, что за этим всегда стоит творчество и богатство мыслей. К книгам это имело самое прямое отношение: они не пачкались, не мялись, не загибались, не клались куда попало. Это был культ книги, причем не обязательно старой и редкой. Об этом — далее. Поэтому книгу и не давали кому угодно. Это была семейная библиотека, которую сейчас охотно популяризируют, опыт семейных библиотек, превращаемых в районные, поселковые, словом — публичные. Здесь, конечно, возможны разные мнения. На меня, на отца производили тягостное впечатление случаи потребительского небрежного отношения к книгам.
Задача Задача №1005484
А
А