Василий Иванович Суриков шёл по пустой улице, обходя целые озёра воды, подёрнутые мягкой рябью дождя. Он шёл мимо мокрых изгородей, шурша плащом по зарослям громадных лопухов и крапивы, свободно разрастающейся по канавам у дороги.
По проезжей дороге медленно катались телеги, громыхая и ныряя в ухабы. Под колёсами разлеталась густая черная грязь во все стороны.
Дальше путь лежал через овсяное поле. Приникший к земле овёс блестел как шёлк. Поле казалось покрытым одеялом, выстираным причудливыми узорами. День начал угасать.
Огромный малиновый шар солнца садился в плотные тучи, быстро опускаясь. Он был похож на груду раскаленных углей, припыленных серым пеплом.
Суриков хотел вернуться по той же улице. Его шляпа уже промока от дождя и капли попадали за воротник. Перебравшись мостиками через канаву, художник снова зашагал по длинной безлюдной улице.