Однажды вечером мы сидели у костра, когда вдруг из зарослей раздался странный звук, и мы поняли, что где-то неподалеку находится какой-то зверь. Несмотря на то, что мы не могли его увидеть, мы слышали, как он шумел в траве, нервно бегал вокруг нас, фыркал и проявлял раздражение, при этом не выставляя из зарослей даже ушей.
А наша картошка, жарившаяся на костре, излучала восхитительный острый аромат, который, по-видимому, привлек зверя. Он быстро приблизился к нашему костру, возможно, увлеченный этим ароматом.
Через некоторое время зверь наконец-то высунул из травы свой мокрый черный нос, похожий на свиной пятачок. Он глубоко и алчно вдохнул воздух и его нос даже дрожал от жадности. После этого из зарослей появилась его острая морда с черными пронзительными глазками, затем обнажилась полосатая шкурка.
И вот открылась перед нами маленькая морда барсука, который, прижав лапу, внимательно посмотрел на меня. Затем, с фырканием от вида картошки, он сделал шаг в её направлении.
Картошка продолжала жариться и шипела, брызгая горячим салом. Мне захотелось предупредить зверька, что он обжжется, но я был уже поздно — барсук попрыгал к сковородке и засунул свой нос туда...
В воздухе вдруг стало пахнуть паленой кожей. Барсук закричал, испуганно вскрикнув, и с отчаянным воплем побежал обратно в траву. Он прыгал и урчал, раздирая кусты, выражая негодование и боль.
После этого барсук долгое время не появлялся у нашего костра. Через год я случайно встретил его на берегах озера, и на его носу был виден шрам. Я попробовал приветствовать его, махнув рукой, но он был сердит на меня и злобно чихнул в мою сторону, после чего скрылся в зарослях черники.
С тех пор я больше не видел его.
