Елизавета Андреевна приняла старого друга своего мужа с распростёртыми объятиями и, хотя обед был очень скверный, Бетрищев не соскучился (По Н. Гейнце)

В письме она писала, что, если он любит её дочь и хочет получить её обратно, то пусть приедет в Милан и положит в банк на её имя пятьдесят тысяч франков (По Н. Гейнце) - ошибок нет.