Федя кивнул и уложив свою голову ему на грудь, закрыл глаза, погружаясь в недолгий сон. Следующий день. Наступление. Бой идет жестокий кровавый, вокруг шум, запах крови и вопли.…
Федя кивнул и уложив свою голову ему на грудь, закрыл глаза, погружаясь в недолгий сон. Следующий день. Наступление. Бой идет жестокий кровавый, вокруг шум, запах крови и вопли. Длинная битва, долгая. Страх и паника разум отключаются, в Феде проснулась Басмановская кровь и он храбро, ловко и умело сражался. Не думая ни о смерти, ни об отце, ни о царе..он видел перед собой только врагов, только свою саблю.. Противник отступает, победа остается на стороне русского войска, считанные минуты. Федя видит как на царя надвигается жуткий чужой вождь, а царь безоружен. В каком-то неведомом для себя порыве Федя делает рывок вперед, успевает прикрыть собой царя, получая удар на себя. Тут же налетел Малюта и убил последнего оставшегося вождя. Все случилось так быстро, что Иван и понять то ничего не успел, а когда в себя уж пришел, увидел лежащего на траве Федю, из его левой грудки шла кровь, ранили. Он к своему несчастью еще был в сознании, плакал и что-то невнятно бормотал, пока некоторые старались перевязать его рану, остановить кровь. Ответить на этот рассказ от имени Ивана Грозного описать его чувства
Я, Иван IV, стоял в окружении тишины, разрываемой звуками боя и криками моих воинов. Но в этот момент вокруг меня словно все застывало. Я ощущал, как страх и тревога охватывают мою душу, когда увидел, как Федя, так смело и самоотверженно, бросился на защиту. Он закрыл собой меня в тот самый момент, когда мой враг был на шаг от того, чтобы лишить меня жизни.
В сердце моем заклокотала смесь гордости и ужаса. Гордость за его храбрость, его готовность отдать свою жизнь ради меня и моего царства. Ужас от того, что я мог потерять этого молодого защитника, который так преданно служил мне.
Когда он пал на землю, израненный, рядом с ним встали мои бояре, стараясь помочь, но я чувствовал, что никакие перевязки не смогут вылечить этот удар, который поразил не только тело Феди, но и мою душу. Я смотрел на его лицо, и слезы подступали к моим глазам. Он боролся, но боль превращала его слова в неразборчивый шёпот.
Я не мог оставаться в стороне, не мог позволить горю и страданию охватить меня. Я пытался оправдать свою powerless, искал утешение среди своих людей, но ничто не могло облегчить ту тяжесть, что легла на мои плечи. Я чувствовал, как неистовство и ярость переполняют меня — враги все еще были рядом, но в тот момент, когда я смотрел на Федю, они уже не имели значения.
Если бы я только мог вернуть все назад, если бы я мог спасти его, то как бы все могло измениться. Я понимал, что настоящая сила руководителя заключается не только в умении сражаться, но и в любви к своим подданным, в готовности защищать их.
Я всегда мечтал о славе, о величии своего правления, но в этот момент в моем сердце поселилось лишь одно желание: спасти Федю, увидеть его снова живым и здоровым, чтобы дать ему возможность показать, насколько он был в самом деле велик.
