Запрос пользователяСоставить план по статье.
РОМАН «ОБЛОМОВ»
История создания романа
‹Для приобретения опытности нужно то волшебное стекло, которое даёт природа и сквозь которое проходят перед глазами время и дела. Это стекло - наблюдательный, аналитический ум, ведущий к сравнению и поверке всего вращающегося около нас», - говорил Гончаров. Он сам обладал таким волшебным стеклом и увидел через него своего главного героя - Обломо-ва и патриархальную русскую среду, его породившую. Взгляд этот был добрым, внимательным и изучающим. Ведь Гончаров-художник смотрел на родное и близкое, а отчасти и на самого себя.
Писатель задумал свой главный роман в 1847 году, а в 1849-м увидела свет центральная по смыслу и месту в повествовании глава - знаменитый «Сон Обломова». И лишь через 12 лет, вер-нувшись из кругосветного плавания, Гончаров закончил роман и опубликовал его в журнале «Отечественные записки» (1859.
Кн. 1-4). Потом уже, в родном Симбирске, начал работу над романом, а напечатал «Обломова», только вернувшись из кру-госветного плавания, в 1859 году в журнале «Отечественные записки». Так долго складывался и зрел в творческом сознании автора романа его главный герой, выразивший капитальную, до сих пор не устаревшую идею Гончарова. И все увидели, что это по сути своей развитие в новых условиях великой идеи Гоголя.
Ведь за это этапное десятилетие переменилась Россия, её народ, сама литература, иными стали воззрения и литературное мастерство 1ончарова-романиста.
Роман этот не только задуман и отчасти написан в 1840-е го-ды, но и само его действие начинается в это же время. В первой главе обозначена точная дата - 1 мая 1843 года. Деталь эта важна, ибо раскрывает сложность авторского замысла. Роман начинается в глухое николаевское безвременье и завершает-ся уже в «оттепель», в преддверии эпохи Великих реформ, когда вся Россия жила в ожидании грядущих больших перемен и явления новых общественных сил и деятелей.
Критика сразу поняла и оценила великолепную художественность гончаровского романа. «Много тонкого анализа серд ца. Прекрасный язык. Превосходно понятый и обрисованный характер женщины с её любовью. Вообще в этом произведении, кроме неоспоримого таланта, поэтического одушевления, много ума и тщательной и умной обработки», - говорил профессор и критик А.В. Никитенко. Но и демократ Писарев увидел в романе «удивительное совершенство техники», «беспример-ную тщательность в отделке мелочей и подробностей». То же отмечал Добролюбов: «Мелкие подробности, беспрерывно вносимые автором и рисуемые им с любовью и с необыкновенным мастерством, производят, наконец, какое-то обаяние».
Все отмечали эту особенность творческой работы Гонча-рова, но только он сам её объяснил: «Разъяснение этих мелочей ведёт к отысканию правды, а правда, где бы и в каком бы виде и маленьком деле ни явилась, всегда вносит свет, следо-вательно, и улучшение, прогресс в дела человеческие!» Через эти правдивые, многозначительные мелочи мы видим людей, их характеры в развитии, замечаем человеческое даже в самом заурядном, казалось бы, персонаже.
Но вот главная идея романа, его герой и само понятие «обломовщина» с самого начала вызвали у русской литературной критики серьёзные затруднения: написано о них очень много, в сердцах и с самых разных точек зрения. Эти реальные проблемы русской жизни и русского человека сразу пере-вели в область тенденциозной журналистики и публицистики и стали спорить о них как о чём-то постороннем, искали, кто во всём этом виноват: сам Обломов, общество, деспотизм, царское правительство, крепостное право и т.п. Однако прав был критик А.В. Дружинин: «В том-то и заслуга романиста, что он крепко сцепил все корни обломовщины с почвой народной жизни и поэзии - проявил нам её мирные и незлобные стороны, не скрыв ни одного из её недостатков». И здесь всем вспомнился Гоголь.
Имя автора «Мёртвых душ» сразу соединилось с именем
Гончарова. И в начале ХХ столетия критика писала: «После
"Мёртвых душ" Гоголя - "Обломов" есть второй гигантский политический трактат о России, выраженный в неизъяснимо оригинальной форме, несравненно убедительный, несравнен-но доказательный, и который пронёсся по стране печальным и страшным звоном» (В.В. Розанов).
Да, ленивый мудрец Обломов произошёл от гоголевско-го лежебоки Тентетникова из второго тома «Мёртвых душ», и с его продавленного, засаленного дивана видна критическому писательскому оку вся Россия, по которой уже проехался деловой хитрец Чичиков, в своей суматошливой, бесцельной и бес-плодной активности предварявший гончаровского Штольца. За шесть лет до рождения Гончарова сардинский посол Жозеф де Местр, вглядевшись в русского человека, метко сказал: «Сему последнему ненавистны всякие правила и всякий порядок, воз-ведённые в степень закона». Русская литература в лице Пушкина и Гоголя прислушалась к этому мнению, в чём-то с ним не согласилась и всё же приняла эту реальную правду.
Но надобно было, чтобы прошло время и появился новый писатель, чей реализм глубок, добр и вместе с тем объективен.
Замечательны поистине гоголевская трезвость и высота писа-тельского взгляда на русскую жизнь и русского человека, отличающие прозу Гончарова.
«Народ наш приходится больше жалеть, чем любить.
В целом мире на всём пространстве истории трудно указать другой пример, где бы было больше расстояние между простым народом и культурными классами», - грустно заметил Гонча-ров. И видел в этом непреодолимом расстоянии главную причину знаменитой обломовщины, то есть многовекового пассивного сопротивления созерцательной, неогранённой, в чём-то асоци-альной русской души любым, ещё со времён Ивана Грозного и Петра Первого начавшимся «силовым» попыткам власти навязать ей «сверху» правильную, но чуждую форму, идеалы, культуру и активность. Таковы смысл и назначение «Обломова».