"Назовите литературное направление, в русле которого развивалось творчество А. Н. Островского и принципы которого отражены в пьесе «Гроза».   Кабанова. Если…

"Назовите литературное направление, в русле которого развивалось творчество А. Н. Островского и принципы которого отражены в пьесе «Гроза».   Кабанова. Если ты хочешь мать послушать, так ты, как приедешь туда, сделай так, как я тебе приказывала. Кабанов. Да как же я могу, маменька, вас ослушаться! Кабанова. Не очень-то нынче старших уважают. Варвара (про себя). Не уважишь тебя, как же! Кабанов. Я, кажется, маменька, из вашей воли ни на шаг. Кабанова. Поверила бы я тебе, мой друг, кабы своими глазами не видала да своими ушами не слыхала, каково теперь стало почтение родителям от детей-то! Хоть бы то-то помнили, сколько матери болезней от детей переносят. Кабанов. Я, маменька... Кабанова. Если родительница что когда и обидное, по вашей гордости, скажет, так, я думаю, можно бы перенести! А! как ты думаешь? Кабанов. Да когда же я, маменька, не переносил от вас? Кабанова. Мать стара, глупа; ну, а вы, молодые люди, умные, не должны с нас, дураков, и взыскивать. Кабанов (вздыхая в сторону). Ах ты, Господи! (Матери.) Да смеем ли мы, маменька, подумать! Кабанова. Ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, всё думают добру научить. Ну, а это нынче не нравится. И пойдут детки-то по людям славить, что мать ворчунья, что мать проходу не даёт, со свету сживает. А, сохрани Господи, каким-нибудь словом снохе не угодить, ну, и пошёл разговор, что свекровь заела совсем. Кабанов. Нешто, маменька, кто говорит про вас? Кабанова. Не слыхала, мой друг, не слыхала, лгать не хочу. Уж кабы я слышала, я бы с тобой, мой милый, тогда не так заговорила. (Вздыхает.) Ох, грех тяжкий! Вот долго ли согрешить-то! Разговор близкий сердцу пойдёт, ну и согрешишь, рассердишься. Нет, мой друг, говори, что хочешь, про меня. Никому не закажешь говорить: в глаза не посмеют, так за глаза станут. Кабанов. Да отсохни язык... Кабанова. Полно, полно, не божись! Грех! Я уж давно вижу, что тебе жена милее матери. С тех пор как женился, я уж от тебя прежней любви не вижу. Кабанов. В чём же вы, маменька, это видите? Кабанова. Да во всём, мой друг! Мать чего глазами не увидит, таку неё сердце вещун, она сердцем может чувствовать. Аль жена тебя, что ли, отводит от меня, уж не знаю. Кабанов. Да нет, маменька! что вы, помилуйте!.. (А. Н. Островский, «Гроза»)"