В данном случае действия Петровой можно квалифицировать как ч. 1 ст. 123 УК РФ (Прерывание беременности).
Согласно указанной статье, прерывание беременности может быть совершено медицинским работником, но только в случаях, предусмотренных законом. Если же беременность была прервана с нарушением установленных законом правил либо с намерением прервать её без медицинских оснований или при отсутствии согласия пациента, то это может квалифицироваться как преступление.
Поскольку в вашем описании упоминается, что Иванова просила о прерывании беременности, но препарат не подействовал и не было причинено какого-либо вреда здоровью, то действия Петровой можно рассматривать как неудавшуюся попытку прерывания беременности с медицинским вмешательством.
Таким образом, основной вариант квалификации - ч. 1 ст. 123 УК РФ (незаконное прерывание беременности).
