<...> Чтобы понять художествен- ные особенности «Слова о полку Игоре- ве», необходимо рассмотреть их на об- щем фоне эстетических представлений его времени. Для Древней Руси очень характе- рен монументально-исторический, или монументально-динамический, стиль. Он сказывается в архитектуре, в живописи и литературе. Это стиль, в пределах ко- торого всё наиболее значимое и краси- вое представляется монументальным, величественным. Стремясь видеть окру- жающее в рамках представлении этого стиля, летописцы, авторы житии, цер- ковных слов смотрят на мир как бы с большой высоты или с большого удале- ния — удаления времени или пространства. В этот период развито особое «панорамное зрение», стремление подчеркивать огромность расстояний, сопрягать в изложении различные удаленные друг от дру-га географические пункты, придавать большое значение различиям общественного положения действующих лиц, создавать произведения ассчитанные на вечность и на доминирование в окружающем ланд- шафте — городском и природном, а также книжном окружении (ес- ли это памятники письменности). Произведения, хотя и скромные по азмерам, должны были, тем не менее, символизировать что-то боль- шое, значительное, «вечное», напоминать о нем Вот почему в летописях действие перебрасывается из одного ге. ографического пункта в другой, находящийся в другом конце Русской земли. Рассказ о событии в Новгороде сменяется рассказом о событии во Владимире или B Киеве, далее упоминается событие в Смоленске или Галиче и т. п. Такая особенность летописного повествования созда- ется не только потому, что e летописи обычно соединяются разные по своему географическому происхождению источники. Особенность эта оответствовала самому духу исторического повествования. Она за- «ватывала читателя, увлекала ощущением «пространства истории» V V То же «ландшафтное зрение» в широкой степени сказываетс и в «Слове о полку Игореве». Помимо того что повествование непре ывно переходит в «слове» из одного географического пункта в дру гой, автор «Слова» всё время охватывает своими призывами и обра- цениями многие географические пункты. «Золотое слово» Святослава Киевского обходит всю Русскую землю по окружности срайние точки. Поражает и та «перекличка», которую ведут мифиче- её самые ские существа и действующие лица в «Слове». Див кличет на вершине дерева, велит послушать земле неведомой, Волге, и Поморию, и Посу- лию, и Сурожу, и Корсуню, и Тмутороканскому болвану на Чёрном мо- ре. Ярославна плачет на самой высокой точке Путивля — на крепост ной стене, над заливными лугами Сейма, обращаясь к солнцу. ветру Днепру. В концовке «Слова о полку Игореве» девицы поют на Дунае их голоса вьются через море до Киева. Каждое действие воспринимается как бы с огромной высоты лагодаря этому битва Игоря с половцами приобретает всесветные размеры; черные тучи, символизирующие врагов Руси, идут от самого моря, хотят прикрыть четыре солнца. Дождь идёт стрелами с Дона ве- ликого. Ветры веют стрелами с моря. Море присутствует в «Слове».хо, тя и было далеко от места битвы. Битва как бы наполняет собою вCю степь до самого моря, до далёкой Тмуторокани Многие отвлечённые понятия воспринимались в эпоху монумен. тального историзма пространственном, пандшафтно-географиче. СкоМ аспекте. Это прежде всего касается такого важного феодальногопонятия, как слава. Слава того или иного КнЯЗЯ имела прежде всего пространственное распространение. Она измерялась географически- ми пределамих Она могла достигать границ Русской дить за них, захватывая окружающие народы. Изяслав, согласно земли или перехо- ле- тописи, обращается к своей дружине: «Братья и дружиної Бог всегда ру- скЫ земле Руских СЫнов B бещестьи не положил есть; на Всих местех честь своЮ взимали суть. Ныне же, братье, ревнуимы тому Вси, сих землях перед чюжими языкЫ дай НЫ бог честь своЮ ВЗяТи» (Ипатьев- ская летопись под 1152 годом). «Слово полку Игореве» постоянно говорит славе, и именно в этих широчайших географических размерах. От войска Романа и Мстислава дрогнула земля и многие страны — хинова, литва, ятвяги, деремела, и половцы копья свои повергли и головы свои склонили под те мечи булатные. Князю Святославу Киевскому поют славу немцы и венецианцы, греки и моравы. Пространственные формы приобрета- ют в «Слове» и такие понятия, как «тоска», «печаль», «гроза»: они те- кут по Русской земле, воспринимаются в крупных географических пре- делах почти как нечто материальное и ландшафтное. ао Характерная черта в мироощущении людей этого времени восприятие малого как некоей уменьшенной схемы большого. Чело- век — это «малый мир». Жизнь человека — это «малая жизнь», «ма- лая» по сравнению с большой и «настоящей» — вечной, которая пред- соит за гробом, Стремление увидеть в малом и преходящем большое и вечное это способ восприятия мира, типичный для эпохи исторического мону- ментализма. веков имеет ещё одну резко своеобразную Монументализм особенность, отличающую его от наших представлений всём монумен- тальном. Мы привыкли под монументальностью понимать не только всё большое, но и инертное, тяжёлое, неподвижное, устойчивое. Однако монументализм X—Xlll веков был связан с прямо противоположным: с быстротой передвижения в больших географических пространствах Быстрота передвижения — это символ власти над пространством, в котором князь передвигается. Быстрота похода — символ овладения пространством. <...> Tот же динамический монументализм очень характерен и для сбаа о полку Игореве», Действующие лица переносятся в нём «Слова большой быстротойт постоянно в походе Игорь, парадируют в бы- строй езде «кмети» — куряне, в постоянных быстрых переездах Олег Гориславич и Всеслав Полоцкий. Всеслав, обернувшись волком, дости- Киеве коЛОкОЛЬнЫЙ ЗВОН из гает за одну ночь Тмуторокани, слышитПолоцка и т. д. Неподвижен великий князь Святослав Киевский, но его «золотое слово» обращено из Киева «на горах», где он сидит, ко всем русским князьям. Движется не он, но зато движется всё вокруг него. Он господствует над движением русских князей, управляет движением Тоже и Ярослав Осмомысл: он высоко сидит в Галиче на своем златоко- ваном столе, но его келезные полки подпирают горы Угорские, он ме- чет бремены чрез облаки, рядит суды до самого Дуная, грозы eгo nо землям текут, и он отворяет врата Киеву. В таком же церемониальном положении изображён и Всеволод Суздальский, готовый вычерпать илемами Дон, расплескать вёслами Волгу, полететь к Киеву. Великиг князь церемониально неподвижен, но он среди движения, центр это. о вихревого движения. Эти церемониальные положения князей ипичная черта монументально-исторического стиля X|—Xlll веков Деремониальность — одно из проявлений монументальности. Обра князя, высоко сидящего на престоле, подчёркивает ещё одну дистан, дию — дистанцию феодально-иерархическую между ним и остальны- ми князьями. оэтизация средствами установления дистанций способна объяс нить, почему автор «Слова» так терроризирует, в сущности, слабого киевского князя Святослава. Важно, что он князь Киевский, глава всех русских князей. Это возвышает его над всеми остальными князьями делает его старым, мудрым и сильным Он предстаёт перед читателя ми высоко «на горах» и высоко по своему феодальному положению,Е ореоле иерархической дали Ещё одна дистанция чрезвычайно характерна для стиля мону ментального историзма: это дистанция во времени, дистанция истори еская. В литературе господствует обострённый интерес к истории Для того чтобы опоэтизировать события, современные автору «Слова», последний привлекает русскую историю ХІ века. События Xll века для этой цели не сопоставления автор «Слова о полку Игореве» делает с историей Оле- главным образом годятся. Свои поэтические га Святославича на Нежатиной Ниве, гибелью Всеслава Полоцкого, битвой Бориса Вячеславича поединком Мстислава Тмутороканского и Редеди. Это всё события реке Стугне юноши князя Ростислава, XI века. Автор «Слова» вспоминает певца Бояна рия века, предшествующая походу Игоря, как «Слове» эстетически она не нужна. Она слишком близка к событиям также XI века. Исо- Игорева похода быт отсутствует в В «Слове полку Игореве» остро ощущается воздух русской исто- рии. Конечно представления об истории были представлениями свое- времени и измерения этого исторического времени были не стоЛько летописными, сколько эпическими. «Слово о полку Игореве» не на: событий, чтО было обязательным для летописи, зато постоянно говорит о дедах и дедовской славе. Такое определение времени также часто встречается в летописях. <...> полку Игореве» буквально наполнено проявлениями «Слово культа предков — дедов и прадедов, но по преимуществу через головы отцов. Оно понятно, если принять во внимание характерную для S ЭтогО времени «эстетику дистанций», требовавшую промежутка вре- мени большего, чем его давало обращение к отцам к их славе. В «Слове» постоянно говорится дедах и внуках, дедов, об «Ольговом гнезде» (Олег славе дедов пра- дед Игоря) Сам автор «Сло- ва»- внук Бояна, ветры — «Стрибожи внуци». Ярослав Черниговский с подвластными ему войсками ковуев звонит в «прадеднюю славу», Изяслав Василькович «притрепал» славу деду своему Всеславу Полоц- кому — внуки последнего призываются понизить свои сяги _ при- знать себя побеждёнными в междоусобных бранях и т. д. и т. п. С монументализмом и историзмом литературы Xl—Xlll веков бы- па соединена и ещё одна очень важная её черта церемониальность. Произведения литературы Хl—Xl веков были церемониальны по фор- мам своего применения, по художественным средствам, к которым ли- тература прибегала, по темам, которые она для себя выбирала. Про- изведения литературы входили в церемониалы и вместе стем церемо- ниально оформляли изображаемое Не случайно в «Слове» так часто говорится о таких церемониаль- ных формах народного творчества, как слава и плач. Боян поёт славу парому Ярославу и храброму Мстиславу, он свивает славы «оба полы сего времени» и исполняет славу «княземь» на своем струнном музы- кальном инструменте. Славу поют иноземцы (немцы, венецианцы. треки и морава) великому Святославу. В «Слове» говорится о плаче руских жён, о пении славы девицами на Дунае, приводится плач Ярос- полку Игореве» ряд церемони- лавны, Описан или упомянут «Слове Киеве: альных положений: обращение Игоря войску, звоН славы Путивль». Как на параде к Кыевь.ч стоять стязИ «Слове» «свъдоми къмети» ку- «звенить слава момент также церемониаль- соружием на изготовку проносятся ряне Игорь вступает B золотое стремя веков связан целым рядом и других при- ныЙ знаков свойств Монументализму свойственна особая лаконичность Монументализм произведениях Мо- И краткость «церемониальная геральдичность» ументального Стиля обычно мало орнаментики, они требуют вырази-гельности при немногословии. Это касается, например, характериси пюдей и населения той или иной местности. В летописи такая лаконит ность и «геральдичность» в характеристиках постоянны. .s. з «Слове о полку Игореве» куряне — «свъдоми къмети», ольговичи «хороброе гнездо», полки Игоря «храбрые», полки Ярослава Осмо мысла «железные» и пр. лд Особую роль в церемониальном, монументальном стиле литера уры играли афоризмы, приписываемые обычно каким-то древним мудрецам или просто вкладываемые в чьи-то уста: «Яко инде глаго леть: „Скырт река злу игру сыгра гражаном", тако и Днестр злу игр сыгра Угром» (Ипатьевская летопись под 1229 годом)... <...> В «Слове о полку Игореве»: «рекоста бо братъ брату: „Се мое, а то мое же"» «Рекъ Боянъ...„Тяжко ти головы кромъ плечю, зло ти тълу кроме голо- зы"», «Тому въщей Боянъ и пръвое припъвку, смысленый, рече:Ни хытру, ни горазду, ни птицю горазду суда божиа не минути"» Одна из сторон церемониальности — истовая неторопливость «степенность» и своеобразная полнота в перечислении всего того, чтс участвует в церемонии. Эта полнота преследует цели не столько ин рормационные, сколько украшающие и напоминающие присутству- ощим о том, что входит в церемонию составь конспект этого текста