Одним из приёмов, которые использует Фонвизин, является использование особого рода фамилий, которые несут определённое значение. Как они называются? Правдин (Митрофану). Адалеколи вывистории? Митрофан. Далеколь? Какова история. Виной залетишь затридевять земель, затридесято царство. Правдин. А! так этой-то истории учит вас Вральман? Стародум. Вральман? Имя что-то знакомое. Митрофан. Нет, наш Адам Адамыч истории нерассказывает; он, что яже, сам охотник слушать. Г-жа Простакова. Они оба заставляют себе рассказывать истории скотницу Хавронью. Правдин. Данеунейли оба выучились игеографии? Г-жа Простакова (сыну). Слышишь, друг мой сердечный? Это что занаука? Митрофан (тихо матери). Аяпочем знаю. Г-жа Простакова (тихо Митрофану). Неупрямься, душенька. Теперь-то себя ипоказать. Митрофан (тихо матери). Даяневозьму втолк, очем спрашивают. Г-жа Простакова (Правдину). Как, батюшка, назвал тынауку-то? Правдин. География. Г-жа Простакова (Митрофану). Слышишь, еоргафия. Митрофан. Дачто такое! Господи боже мой! Пристали сножом кгорлу. Г-жа Простакова (Правдину). Иведомо, батюшка. Даскажи ему, сделай милость, какая это наука-то, онееирасскажет, Правдин. Описание земли. Г-жа Простакова (Стародуму). Акчемубы это служило напервый случай? Стародум. Напервый случай сгодилосьбы иктому, что ежелиб случилось ехать, так знаешь, куда едешь. Г-жа Простакова. Ах, мой батюшка! Даизвозчики-то начтож? Это ихдело. Это таки инаука-то недворянская. Дворянин только скажи: повези меня туда, свезут, куда изволишь. Мне поверь, батюшка, что, конечно, товздор, чего незнает Митрофанушка. Стародум. О, конечно, сударыня. Вчеловеческом невежестве весьма утешительно считать все тозавздор, чего незнаешь. Г-жа Простакова. Без наук люди живут ижили. Покойник батюшка воеводою был пятнадцать лет, астем искончаться изволил, что неумел грамоте, аумел достаточек нажить исохранить. Челобитчиков принимал всегда, бывало, сидя нажелезном сундуке. После всякого сундук отворит ичто-нибудь положит. То-то эконом был! Жизни нежалел, чтоб изсундука ничего невынуть. Перед другим непохвалюсь, отвас непотаю: покойник-свет, лежа насундуке сденьгами, умер, так сказать, сголоду. А! каково это? Стародум. Препохвально. Надобно быть Скотинину, чтоб вкусить такую блаженную кончину. Скотинин. Даколь доказывать, что ученье вздор, так возьмем дядю Вавилу Фалелеича, Ограмоте никто отнего инеслыхивал, нионниоткого слышать нехотел: акакова была голоушка! Правдин. Чтож такое? Скотинин. Дасним народу вот что случилось. Верхом наборзом иноходце разбежался онхмельной вкаменны ворота. Мужик был рослый, ворота низки, забыл наклониться. Как хватит себя лбом опритолоку, индо пригнуло дядю кпохвям потылицею , ибодрый конь вынес его изворот ккрыльцу навзничь. Яхотелбы знать, естьли насвете ученый лоб, которыйбы оттакого тумака неразвалился; адядя, вечная ему память, протрезвясь, спросил только, целыли ворота? Милон. Вы, господин Скотинин, сами признаете себя неученым человеком; однако, ядумаю, вэтом случае иваш лоб былбы некрепче ученого. Стародум (Милону). Обзаклад небейся. Ядумаю, что Скотинины все родом крепколобы. Д. И. Фонвизин Недоросль