Назовите род литературы, к которому относится произведение А.И.Солженицына Матрёнин двор. Я только потом узнал, что год за годом, многие годы, ниоткуда не зарабатывала Матрена Васильевна ни рубля. Потому что пенсии ей не платили. А в колхозе она работала не за деньги за палочки. За палочки трудодней в замусленной книжке учетчика. Так и поселился я у Матрены Васильевны. ... Может, кому из деревни, кто побогаче, изба Матрены и не казалась доброжилой, нам же с ней в ту осень и зиму вполне была хороша. ... В ту осень много было у Матрены обид. Вышел перед тем новый пенсионный закон, и надоумили ее соседки добиваться пенсии. Была она одинокая кругом, а с тех пор, как стала сильно болеть и из колхоза ее отпустили. Наворочено было много несправедливостей с Матреной: она была больна, но не считалась инвалидом; она четверть века проработала в колхозе, но потому что не на заводе не полагалось ей пенсии за себя, а добиваться можно было только за мужа, то есть за утерю кормильца. Но мужа не было уже двенадцать лет, с начала войны, и нелегко было теперь добыть те справки с разных мест о его стаже и сколько он там получал. Хлопоты были добыть эти справки; и чтоб написали все же, что получал он в месяц хоть рублей триста; и справку заверить, что живет она одна и никто ей не помогает; и с года она какого; и потом все это носить в собес1 ; и перенашивать, исправляя, что сделано не так; и еще носить. И узнавать дадут ли пенсию. Хлопоты эти были тем затруднены, что собес от Тальнова был в двадцати километрах к востоку, сельский совет в десяти километрах к западу, а поселковый к северу, час ходьбы. Из канцелярии в канцелярию и гоняли ее два месяца то за точкой, то за запятой. Каждая проходка день. Сходит в сельсовет, а секретаря сегодня нет, просто так вот нет, как это бывает в селах. Завтра, значит, опять иди. Теперь секретарь есть, да печати у него нет. Третий день опять иди. А четвертый день иди потому, что сослепу они не на той бумажке расписались, бумажки-то все у Матрены одной пачкой сколоты. Притесняют меня, Игнатич, жаловалась она мне после таких бесплодных проходок. Иззаботилась я. Но лоб ее недолго оставался омраченным. Я заметил: у нее было верное средство вернуть себе доброе расположение духа работа. ... А почему вы коровы не держите, Матрена Васильевна? Э-эх, Игнатич, разъясняла Матрена, стоя в нечистом фартуке в кухонном дверном вырезе и оборотясь к моему столу. Мне молока и от козы хватит. А корову заведи, так она меня самою с ногами съест. У полотна не скоси там свои хозяева, и в лесу косить нету лесничество хозяин, и в колхозе мне не велят не колхозница, мол, теперь. ... Председатель новый, недавний, присланный из города, первым делом обрезал всем инвалидам огороды. Пятнадцать соток песочка оставил Матрене, а десять соток так и пустовало за забором. Впрочем, за пятнадцать соток потягивал колхоз Матрену. Когда рук не хватало, когда отнекивались бабы уж очень упорно, жена председателя приходила к Матрене. ... Та-ак, раздельно говорила жена председателя. Товарищ Григорьева? Надо будет помочь колхозу! Надо будет завтра ехать навоз вывозить! (А.И. Солженицын Матренин двор)