"Комментарий летописца несёт в себе скрытую авторскую насмешку. Каким термином она обозначается?   Наконец и для них настал черёд встать перед ясные очи его княжеской…

"Комментарий летописца несёт в себе скрытую авторскую насмешку. Каким термином она обозначается?   Наконец и для них настал черёд встать перед ясные очи его княжеской светлости. — Что вы за люди? и зачем ко мне пожаловали?  — обратился к ним князь. — Мы головотяпы! нет нас народа храбрее,  — начали было головотяпы, но вдруг смутились. — Слыхал, господа головотяпы!  — усмехнулся князь («и таково ласково усмехнулся, словно солнышко просияло!»  — замечает летописец),  — весьма слыхал! И о том знаю, как вы рака с колокольным звоном встречали  — довольно знаю! Об одном не знаю, зачем же ко мне-то вы пожаловали? — А пришли мы к твоей княжеской светлости вот что объявить: много мы промеж себя убивств чинили, много друг дружке разорений и наругательств делали, а всё правды у нас нет. Иди и володей нами! — А у кого, спрошу вас, вы допрежь сего из князей, братьев моих, с поклоном были? — А были мы у одного князя глупого, да у другого князя глупого ж  — и те володеть нами не похотели! — Ладно. Володеть вами я желаю,  — сказал князь,  — а чтоб идти к вам жить  — не пойду! Потому вы живёте звериным обычаем: с беспробного золота пенки снимаете, снох портите! А вот посылаю к вам, заместо себя, самого этого новотора-вора: пущай он вами дома правит, а я отсель и им и вами помыкать буду! Понурили головотяпы головы и сказали: — Так! — И будете вы платить мне дани многие,  — продолжал князь,  — у кого овца ярку принесёт, овцу на меня отпиши, а ярку себе оставь; у кого грош случится, тот разломи его начетверо: одну часть мне отдай, другую мне же, третью опять мне, а четвёртую себе оставь. Когда же пойду на войну  — и вы идите! А до прочего вам ни до чего дела нет! — Так!  — отвечали головотяпы. — И тех из вас, которым ни до чего дела нет, я буду миловать; прочих же всех  — казнить. — Так!  — отвечали головотяпы. — А как не умели вы жить на своей воле и сами, глупые, пожелали себе кабалы, то называться вам впредь не головотяпами, а глуповцами. — Так!  — отвечали головотяпы. Затем приказал князь обнести послов водкою да одарить по пирогу, да по платку алому, и, обложив данями многими, отпустил от себя с честию. Шли головотяпы домой и воздыхали. «Воздыхали не ослабляючи, вопияли сильно!»  — свидетельствует летописец. «Вот она, княжеская правда какова!»  — говорили они. И еще говорили: «Такали мы, такали, да и протакали!» <...> Прибывши домой, головотяпы немедленно выбрали болотину и, заложив на ней город, назвали Глуповым, а себя по тому городу глуповцами. «Так и процвела сия древняя отрасль»,  — прибавляет летописец.   М.Е. Салтыков-Щедрин «История одного города»"