сократить конспект Крестьяне в результате революции смогли осуществить свои вековые чаяния о земле. Большевики, поглощённые политической борьбой и разрухой в городе, не имели…

Сократить конспект Крестьяне в результате революции смогли осуществить свои вековые чаяния о земле. Большевики, поглощённые политической борьбой и разрухой в городе, не имели возможности существенно повлиять на состояние дел в деревне. Большинство крестьян были довольны сложившейся ситуацией, сторонились политической борьбы и пользовались возможностью нажиться на продовольственном кризисе. Однако чрезвычайные меры по сбору продовольствия и массовая мобилизация в Красную Армию волей-неволей втягивали крестьян в орбиту политической жизни. Чрезвычайный налог, насильственное изъятие продовольствия, продразвёрстка, мобилизация лошадей, зачастую сопровождавшиеся произволом продотрядов и злоупотреблениями местных властей, вызвали резкое недовольство. Масла в огонь подливала антирелигиозная политика. Советскую Россию захлестнула волна крестьянских волнений. В ряде районов крестьянство превратилось в главную опору антибольшевистских движений. Белых в деревнях встречали колокольным звоном и хлебом-солью. Но эта эйфория обычно длилась недолго. Буквально через несколько месяцев крестьяне обращали свой гнев уже на белых. Виной тому стала их земельная политика, реквизиции, грабежи и насилие. Недовольство вызывала и мобилизация в белые армии, от которой крестьяне массово уклонялись. В ответ следовали жестокие репрессии — расстрелы, повешения. В 1919 г. в результате прагматичной политики большевиков и разочарования действиями белых в сознании крестьянства происходит перелом. Большинство начинает поддерживать советскую власть. Главной опорой большевиков стали рабочие крупных промышленных центров, прежде всего Петрограда и Москвы. Однако часть главным образом высококвалифицированных рабочих достаточно быстро стала разочаровываться в новой власти. Основной причиной стало снижение уровня жизни, вызванное резким сокращением производства и массовой безработицей. Тем не менее массовых протестов это не вызвало. Исключением стало восстание рабочих Воткинска и Ижевска в августе-ноябре 1918 г., проходившее под лозунгом «За Советы без большевиков». Повстанцы создали народную армию, которая вступила в боевые действия против Красной Армии. После подавления восстания это формирование воевало против большевиков в составе Ижевской и Воткинской дивизий Русской армии адмирала Колчака. Белые в отношении рабочих повели себя недальновидно, подозревая буквально каждого в симпатиях к большевикам. Любая попытка завязать диалог о зарплате, об условиях труда и правах рабочих воспринималась как неповиновение, которое немедленно пресекалось самыми жёсткими методами. От работников предприятий требовали железной дисциплины и беспрекословного подчинения. Первоначальные симпатии к Колчаку в рабочей среде Урала быстро рассеялись. Правительство Деникина отменило все законодательные акты Временного правительства по рабочему вопросу, как и узаконенный большевиками 8-часовой рабочий день. Владельцы предприятий были восстановлены в правах. Любая попытка рабочих выступить в защиту своих экономических интересов, даже в самой мирной форме, воспринималась как большевистская вылазка. Всё это объективно способствовало росту в рабочей среде симпатий к советской власти. Часть политически активной либеральной интеллигенции бежала на юг и примкнула к Белому движению. Но и большинство оставшихся, включая значительную часть школьных учителей, были настроены антисоветски, принимали участие в забастовках и других антиправительственных выступлениях. Исключительно чувствительной стала кампания саботажа государственных чиновников в конце 1917 — начале 1918 г. На какоето время работа госаппарата была парализована, что подтолкнуло большевиков к созданию новых органов власти и государственных учреждений. Однако уже непродолжительное время спустя многие бывшие чиновники и офицеры, представители интеллигенции активно пошли на службу новой власти. Следует сказать, что среди них было немало людей, искренне веривших в правильность действий большевиков. Однако большинство руководствовалось иными причинами. Громадное психологическое воздействие оказывало ощущение бытовой незащищённости. Люди были поглощены задачей элементарного выживания. В этих условиях становилось не до политики. С 1918 г. в интеллигентской среде начала усиливаться тенденция на сотрудничество с новой властью. Популярным стало мнение, что именно большевики сумели обуздать анархию, совладали с массами и насадили дисциплину, заставили считаться с собой крестьянство, восстановили централизованное управление и создали практически из ничего армию. Советская власть стала восприниматься как наименьшее зло: лучше диктатура пролетариата, чем возврат к старому или диктатура генералов и распад страны. Всё больше в интеллигентской среде большевизм воспринимался как сила, очищающая Россию и всю европейскую цивилизацию от скверны прошлого, от упадничества и деградации. «Жизнь их проходила между реальностью, подлежащей осуждению, и принципом, требующим оправдания существующего, — писала об интеллигенции Н. Мандельштам. — Они то закрывали глаза на действительность, чтобы беспрепятственно подбирать для неё оправдания, то, снова открыв их, познавали существующее. Многие из них всю жизнь ждали революцию, но, увидев её будни, испугались и отвернулись».