В 30-е годы и в послевоенный период в СССР характер репрессивных политик проявлялся по-разному, несмотря на сохранение общей парадигмы государственного контроля и подавления инакомыслия.
В 30-е годы, особенно в период Большого террора, репрессии достигли своего апогея. Это время характеризуется массовыми арестами, признаниями под пытками, расстрелами и ссылками. Основная цель этих репрессий заключалась в устранении реальных и мнимых «врагов народа», что означало борьбу с политической оппозицией, а также с инопреступностью и контрреволюцией. Сталинская власть использовала риторические конструкции, такие как «враг народа», для оправдания своих действий и пропаганды страха. Это время также сопровождалось коллективизацией и индустриализацией, что добавляло напряжения и насилия в общественной жизни.
В послевоенные годы репрессивные меры несколько изменились. Хотя подавление и цензура продолжали существовать, акценты сместились. Период стал временем восстановления, и власть стремилась утвердить свои позиции внутри страны на фоне международных конфликтов и начала холодной войны. Репрессии все еще имели место, но они больше фокусировались на идеологической области, подавлении инакомыслящих, диссидентов и защитников прав человека. Используя различные формы контроля, включая цензуру и идеологическую обработку, режим стремился создать образ социалистического идеала и препятствовать любым проявлениям оппозиции.
Таким образом, характер репрессивных политик в 30-е годы и послевоенные годы в СССР отличался прежде всего масштабами и методами репрессий. Если в 30-е годы акцент был сделан на массовых арестах и физической ликвидации оппозиции, то в послевоенное время важное место занимали идеологические репрессии и контроль за общественным мнением.