"Положение Оренбургского края как форпоста России XVIII в. во многом определило характер первых учебных заведений. Они готовили кадры, призванные осваивать новые земли, а потому, во-первых, перечень изучаемых дисциплин и их объём жёстко ограничивались узкопрофессиональными рамками, и, во-вторых, после решения поставленных перед этими заведениями задач они, как правило, прекращали свое существование.\n\nТак, в школе младших военных инженеров (1745—60) из предметов естественнонаучного цикла изучали арифметику и геометрию, а в татарской школе, созданной при губернской канцелярии (1744—1818),— только арифметику. Удалённость Оренбургского края от крупных населенных пунктов страны сделала его местом ссылки значительного числа семей, что привело к появлению (1748) еще одного специфического учебного заведения — школы для детей ссыльнопоселенцев, где, наряду с другими предметами, изучались первые части арифметики.\n\nОтметим, что учебные заведения на территории Оренбуржья начинают появляться ещё до учреждения губернии. При первом начальнике Оренбургской экспедиции И. К. Кирилове (1689—1737) в Оренбурге открываются «арабская» и «калмыкская» школы (1735). Во времена управления краем В. Н. Татищевым уже упоминаются цифирная и словесная школы, в которых по состоянию на 1739 г. обучалось 67 учеников [174]. Впрочем, все вышеперечисленные учебные заведения сообщали лишь элементарные знания при полном отсутствии сведений из, собственно, естественных наук.\n\nПервым Оренбургским губернатором И. И. Неплюевым (1693—1773) предпринимались попытки по открытию учебного заведения, где дети дворян и чиновников смогли бы получить более основательное образование. Эти действия не увенчались успехом, как не удалось решить и проблему безграмотности. При избрании депутатов Законодательной комиссии (1767) «даже среди дворян, наиболее образованного слоя населения, процент неграмотных избирателей в разных губерниях достигал: в Оренбургской — 60%, в Архангельской — 28,09%», в Московской — 17,88%, в Новгородской — 14,33%, в Нижегородской — 11,54%) и т.д. Среди горожан неграмотных избирателей было ещё больше...» [78].\n\nСитуация стала меняться лишь после возникновения государственной образовательной системы. В 1789 г. в Челябинске и Оренбурге открываются малые народные училища, а после получения последним статуса губернского города (1797) туда переводится главное народное училище из Уфы (52 ученика). Напомним (см. п. 1.З.), что здесь наряду с другими предметами изучались математика, физика, механика, география, естественная история.\n\nТаким образом, началом этапа зарождения естественнонаучного образования в Оренбургской губернии следует считать 1797 г. Запаздывание практически на столетие по отношению к общероссийскому процессу объясняется недостаточной обустроенностью территории края, что, в свою очередь, проистекает из непродолжительности его существования в качестве самостоятельного административного субъекта. Ожидаемого поступательного развития событий, связанного с наличием в Оренбурге главного народного училища и его последующим преобразованием в гимназию, не произошло. В 1802 г. Оренбург вновь становится уездным городом, а потому образовательные реформы начала XIX в. оставляли лишь возможность реорганизации имеющегося учебного заведения в уездное училище. Данная трансформация растянулась на два десятка лет, причём, по отзывам инспекторов Казанского университета, в течение этого времени уровень преподавания в главном народном училище оставался весьма невысок [141]. Ситуация не претерпела существенных изменений и после 1822 г., так как проведённая шесть лет спустя реформа школьной системы, прервала преемственность между отдельными звеньями последней, окончательно закрепив за уездным училищем статус заведения, дающего законченное элементарное образование. Тем самым дальнейшая эволюция естественнонаучного образования в рамках учебных заведений ведомства министерства народного просвещения оказалась невозможной в Оренбургской губернии на ближайшую перспективу. Такое положение вещей объяснялось как государственной политикой в сфере образования (см. п. 1.З.), так и невостребованностью российским обществом начала XIX в. достижений естественных наук. В частности, по замечанию В. И. Вернадского [47], российская буржуазия в лице тогдашнего купечества оставалась равнодушна к результатам, полученным учёными-натуралистами. Наиболее же устойчивый интерес к этой области знаний, а также к возможности применения последних на практике, проявляло военное министерство, что нашло отражение в программах, подведомственных ему учебных заведений.\n\nГеографическое положение Оренбурга обусловило его первостепенную роль в деле распространения влияния России на территорию Средней Азии; в городе вплоть до 1881 г. находилась резиденция главных военных начальников "