Кроме Ноздрёва, Чичиков посещает и других помещиков. Установите соответствие между помещиками поэмы Н. В. Гоголя Мёртвые души и их отношением к предложению Чичикова продатьдуши умерших крестьян: к каждой позиции первого столбца подберите соответствующую позицию из второго столбца. ПОМЕЩИКИ ОТНОШЕНИЕ К ПРЕДЛОЖЕНИЮ ЧИЧИКОВА ПРОДАТЬ ДУШИ УМЕРШИХ КРЕСТЬЯН А) Манилов 1) Ну, батюшка, воля ваша, хоть по две копейки пристегните Б) Собакевич 2) Да чтобы не запрашивать с вас лишнего, по сту рублей за штуку! В) Плюшкин 3) Неужели вы полагаете, что я стану брать деньги за души, которые в некотором роде окончили свое существование? Если уж вам пришло этакое, так сказать, фантастическое желание, то с своей стороны я передаю их вам безынтересно и купчую беру на себя 4) Право, я боюсь на первых-то порах, чтобы как-нибудь не понести убытку. Может быть, ты, отец мой, меня обманываешь, а они того... они больше как-нибудь стоят Текст произведения Эк его неугомонный бес как обуял! подумал про себя Чичиков и решился во что бы то ни стало отделаться от всяких бричек, шарманок и всех возможных собак, несмотря на непостижимую уму бочковатость ребр и комкость лап. Да ведь бричка, шарманка и мертвые души, всё вместе! Не хочу, сказал еще раз Чичиков. Отчего ж ты не хочешь? Оттого, что просто не хочу, да и полно. Экой ты, право, такой! с тобой, как я вижу, нельзя, как водится между хорошими друзьями и товарищами, такой, право!.. Сейчас видно, что двуличный человек! Да что же я, дурак, что ли? ты посуди сам: зачем же приобретать вещь, решительно для меня ненужную? Ну уж, пожалуйста, не говори. Теперь я очень хорошо тебя знаю. Такая, право, ракалия! Ну, послушай, хочешь метнем банчик? Я поставлю всех умерших на карту, шарманку тоже. Ну, решаться в банк, значит подвергаться неизвестности, говорил Чичиков и между тем взглянул искоса на бывшие в руках у него карты. Обе талии ему показались очень похожими на искусственные, и самый крап глядел весьма подозрительно. Отчего ж неизвестности? сказал Ноздрев. Никакой неизвестности! будь только на твоей стороне счастие, ты можешь выиграть чертову пропасть. Вон она! экое счастье! говорил он, начиная метать для возбуждения задору. Экое счастье! экое счастье! вон: так и колотит! вот та проклятая девятка, на которой я всё просадил! Чувствовал, что продаст, да уже, зажмурив глаза, думаю себе: Черт тебя побери, продавай, проклятая! Когда Ноздрев это говорил, Порфирий принес бутылку. Но Чичиков отказался решительно как играть, так и пить. Отчего ж ты не хочешь играть? сказал Ноздрев. Ну оттого, что не расположен. Да, признаться сказать, я вовсе не охотник играть. Отчего ж не охотник? Чичиков пожал плечами и прибавил: Потому что не охотник. Дрянь же ты! Что ж делать? так Бог создал. Фетюк просто! Я думал было прежде, что ты хоть сколько-нибудь порядочный человек, а ты никакого не понимаешь обращения. С тобой никак нельзя говорить, как с человеком близким... никакого прямодушия, ни искренности! совершенный Собакевич, такой подлец! Да за что же ты бранишь меня? Виноват разве я, что не играю? Продай мне душ одних, если уж ты такой человек, что дрожишь из-за этого вздору. Черта лысого получишь! хотел, было, даром хотел отдать, но теперь вот не получишь же! Хоть три царства давай, не отдам! Такой шильник, печник гадкий! С этих пор с тобой никакого дела не хочу иметь. Порфирий, ступай скажи конюху, чтобы не давал овса лошадям его, пусть их едят одно сено. Последнего заключения Чичиков никак не ожидал. Лучше б ты мне просто на глаза не показывался! сказал Ноздрев. Несмотря, однако ж, на такую размолвку, гость и хозяин поужинали вместе, хотя на этот раз не стояло на столе никаких вин с затейливыми именами. Торчала одна только бутылка с каким-то кипрским, которое было то, что называют кислятина во всех отношениях. После ужина Ноздрев сказал Чичикову, отведя его в боковую комнату, где была приготовлена для него постель: Вот тебе постель! Не хочу и доброй ночи желать тебе! Чичиков остался по уходе Ноздрева в самом неприятном расположении духа. Он внутренне досадовал на себя, бранил себя за то, что к нему заехал и потерял даром время. Но еще более бранил себя за то, что заговорил с ним о деле, поступил неосторожно, как ребенок, как дурак: ибо дело совсем не такого роду, чтобы быть вверену Ноздреву... Ноздрев человек-дрянь, Ноздрев может наврать, прибавить, распустить черт знает что, выйдут еще какие-нибудь сплетни нехорошо, нехорошо. Просто дурак я, говорил он сам себе. Ночь спал он очень дурно. Н. В. Гоголь Мёртвые души