Юный Лермонтов был воспитан на литературе романтизма, причем романтизма не только в его высших, но и более скромных образцах. Когда Лермонтову исполнилось 14 лет и он написал первое свое стихотворение, дошедшее до нас, романтизм стал уже достоянием незначительных, мелких поэтов, которые на все лады повторяли мотивы, темы, образы, стиль Жуковского, Батюшкова, Пушкина, Баратынского. Сюда надо отнести и подражателей европейских романтиков. Лермонтов читал как Байрона, Андре Шенье, Жуковского, Батюшкова, Пушкина, так и сочинения их подражателей.
В поэзии романтиков-подражателей глубокие идеи не были лично пережиты, как пережиты они великими поэтами. Те чувства, которые у настоящих поэтов нравственно обеспечены их жизненным опытом, их страданиями, их судьбой, у подражателей романтизма лишались жизненной правды и превращались в сугубо «книжные» чувства. Но Лермонтова-мальчика они привлекли грандиозностью образов, искусственной остротой и напряженностью переживаний. Он увидел, что герои романтических произведений предъявляют огромные требования к жизни, что их запросы к ней неслыханно велики, что они непомерно возвышаются над остальными людьми и мнят себя избранными личностями, призванными осчастливить мир. Лермонтов доверчиво и всерьез принимает эти романтические идеи. Он чувствует себя героем, который бросает вызов враждебному миру и жаждет победы над ним. Тем самым романтические «книжные» мотивы он делает личными и стремится использовать в своем жизненном опыте. Он строит свою внутреннюю жизнь в соответствии с романтическими представлениями, вычитанными из книг. Жуковский и Батюшков мечтают жить так, как пишут, Лермонтов жаждет жить так, как велят ему книжные мечты. С такими представлениями о романтических чувствах совпадают и представления о своем рождении и своей участи. Факты собственной биографии напоминали Лермонтову, что он «избранник», человек загадочной, «странной» и непременно высокой, трагической судьбы, что ему дарована особая жизненная доля, особая человеческая миссия, что он герой, призванный разрешить коренные вопросы нравственного и социального устроения мира. Весь мир должен быть «зрителем» его необыкновенных деяний, в которых он исповедуется, посвящая всех в юношеские надежды, тайные мечтания, гражданские помыслы. Готовя себя к исключительной, избраннической судьбе, он предчувствует лежащий перед ним путь страданий, жертвенности.
КРАТКИЙ И ТОЧНЫЙ ПЕРЕСКАЗ
Нейросеть18 декабря 2024 15:34
Юный Лермонтов, воспитанный на литературе романтизма, в 14 лет создал своё первое сохранившееся стихотворение, когда романтизм уже начал утрачивать свою значимость, переходя к менее известным авторам. Он читал произведения таких поэтов, как Байрон, Пушкин, Жуковский и их подражатели. Лермонтов заметил, что у настоящих романтиков чувства были глубоко личными, основанными на их жизненном опыте, тогда как у подражателей эти эмоции стали «книжными», лишёнными подлинности.
Тем не менее, Лермонтова привлекали грандиозные образы и острота переживаний романтической поэзии. Он воспринимал себя как героя, бросающего вызов враждебному миру, и стремился реализовать эти литературные идеалы в своей жизни. Лермонтов, мечтающий о жизни, соответствующей романтическим представлениям, чувствовал себя «избранником» с высокой, трагической судьбой, призванным разрешать важные вопросы социальной и нравственной жизни. Он предвосхищал путь страданий и жертвенности, готовя себя к необыкновенной жизни, в которой весь мир должен был стать свидетелем его деяний и мечтаний.
Юный Лермонтов был воспитан на литературе романтизма, причем романтизма не только в его высших, но и более скромных образцах. Когда Лермонтову исполнилось 14 лет и он написал первое свое стихотворение, дошедшее до нас, романтизм стал уже достоянием незначительных, мелких поэтов, которые на все лады повторяли мотивы, темы, образы, стиль Жуковского, Батюшкова, Пушкина, Баратынского. Сюда надо отнести и подражателей европейских романтиков. Лермонтов читал как Байрона, Андре Шенье, Жуковского, Батюшкова, Пушкина, так и сочинения их подражателей.
В поэзии романтиков-подражателей глубокие идеи не были лично пережиты, как пережиты они великими поэтами. Те чувства, которые у настоящих поэтов нравственно обеспечены их жизненным опытом, их страданиями, их судьбой, у подражателей романтизма лишались жизненной правды и превращались в сугубо «книжные» чувства. Но Лермонтова-мальчика они привлекли грандиозностью образов, искусственной остротой и напряженностью переживаний. Он увидел, что герои романтических произведений предъявляют огромные требования к жизни, что их запросы к ней неслыханно велики, что они непомерно возвышаются над остальными людьми и мнят себя избранными личностями, призванными осчастливить мир. Лермонтов доверчиво и всерьез принимает эти романтические идеи. Он чувствует себя героем, который бросает вызов враждебному миру и жаждет победы над ним. Тем самым романтические «книжные» мотивы он делает личными и стремится использовать в своем жизненном опыте. Он строит свою внутреннюю жизнь в соответствии с романтическими представлениями, вычитанными из книг. Жуковский и Батюшков мечтают жить так, как пишут, Лермонтов жаждет жить так, как велят ему книжные мечты. С такими представлениями о романтических чувствах совпадают и представления о своем рождении и своей участи. Факты собственной биографии напоминали Лермонтову, что он «избранник», человек загадочной, «странной» и непременно высокой, трагической судьбы, что ему дарована особая жизненная доля, особая человеческая миссия, что он герой, призванный разрешить коренные вопросы нравственного и социального устроения мира. Весь мир должен быть «зрителем» его необыкновенных деяний, в которых он исповедуется, посвящая всех в юношеские надежды, тайные мечтания, гражданские помыслы. Готовя себя к исключительной, избраннической судьбе, он предчувствует лежащий перед ним путь страданий, жертвенности.
КРАТКИЙ И ТОЧНЫЙ ПЕРЕСКАЗ
Юный Лермонтов, воспитанный на литературе романтизма, в 14 лет создал своё первое сохранившееся стихотворение, когда романтизм уже начал утрачивать свою значимость, переходя к менее известным авторам. Он читал произведения таких поэтов, как Байрон, Пушкин, Жуковский и их подражатели. Лермонтов заметил, что у настоящих романтиков чувства были глубоко личными, основанными на их жизненном опыте, тогда как у подражателей эти эмоции стали «книжными», лишёнными подлинности.
Тем не менее, Лермонтова привлекали грандиозные образы и острота переживаний романтической поэзии. Он воспринимал себя как героя, бросающего вызов враждебному миру, и стремился реализовать эти литературные идеалы в своей жизни. Лермонтов, мечтающий о жизни, соответствующей романтическим представлениям, чувствовал себя «избранником» с высокой, трагической судьбой, призванным разрешать важные вопросы социальной и нравственной жизни. Он предвосхищал путь страданий и жертвенности, готовя себя к необыкновенной жизни, в которой весь мир должен был стать свидетелем его деяний и мечтаний.