А между тем верный товарищ стоял перед ним, бранясь и рассыпая без счёту жестокие укорительные слова упрёки.
Наконец схватил он его за ноги и руки, спеленав как ребёнка, поправив все перевязки, увернув его в воловью кожу, увязав в луки и, прикрепивши верёвками к седлу, помчался вновь с ним в дорогу.
Тарас стоял в толпе, потупив голову и в то же время гордо приподняв очи и одобрительно только говорил: «Добре, сынку, добре!».
Притянув его железными цепями к древесному стволу, гвоздем прибили ему руки и, приподняв его повыше, чтобы отовсюду был виден козак, принялись тут же раскладывать под деревом костёр.
Козаки живо плыли на узких двухрульных челнах, дружно гребя веслами, осторожно минали отмели, всполашивая подымавшихся птиц и говорили про своего атамана.