Она ударила хлыстом свою лошадь и пустилась во весь дух по узкой, опасной дороге; это произошло так скоро, что я едва мог её догнать, и то, когда она уж присоединилась к…

Она ударила хлыстом свою лошадь и пустилась во весь дух по узкой, опасной дороге; это произошло так скоро, что я едва мог её догнать, и то, когда она уж присоединилась к остальному обществу. До самого дома она говорила и смеялась поминутно. В её движениях было что-то лихорадочное; на меня не взглянула ни разу. Все замети ли эту необыкновенную весёлость. И княгиня внутренно радовалось, глядя на свою дочку; а у дочки просто нервический припадок: она проведёт ночь без сна и будет плакать. Эта мысль мне доставляет не объятное наслаждение: есть минуты, когда я понимаю Вампира... А ещё слыву добрым малым и добиваюсь этого названия! Слезши с лошадей, дамы вошли к княгине; я был взволнован и поскакал в горы развеять мысли, толпившиеся в голове моей. Роси- стый вечер дышал упоительной прохладой. Луна подымалась из-за тёмных вершин. Каждый шаг моей некованой лошади глухо разда- вался в молчании ущелий; у водопада я напоил коня, жадно вдохнул в себя раза два свежий воздух южной ночи и пустился в обратный путь. Я ехал через слободку. Огни начинали угасать в окнах; ча- совые на валу крепости и казаки на окрестных пикетах протяжно перекликались... В одном из домов слободки, построенном на краю обрыва, заметил я чрезвычайное освещение; по временам раздавался нестройный говор и крики, изобличавшие военную пирушку. Я слез и подкрался к ок- ну; неплотно притворённый ставень позволил мне видеть пирующих и расслышать их слова. Говорили обо мне. Драгунский капитан, разгорячённый вином, ударил по столу кула- ком, требуя внимания. Господа! сказал он, это ни на что не похоже. Печорина надо проучить! Эти петербургские слётки всегда зазнаются, пока их не ударишь по носу! Он думает, что он только один и жил в свете, оттого что носит всегда чистые перчатки и вычищенные сапоги. 1 Вампир - герой одноимённой повести Дж. У. Полидори, написанной по сюжету, от части подсказанному Байроном. И что за надменная улыбка! А я уверен между тем, что он трус, да, трус! Я думаю тоже, - сказал Грушницкий. Он любит отшучиватна ся. Я раз ему таких вещей наговорил, что другой бы меня изрубил но месте, а Печорин всё обратил в смешную сторону. Я, разумеется, его не вызвал, потому что это было его дело; да не хотел и связываться... Грушницкий на него зол за то, что он отбил у него княжну. сказал кто-то. Вот ещё что вздумали! Я, правда, немножко волочился за княж ной, да и тотчас отстал, потому что не хочу жениться, а компромети- ровать девушку не в моих правилах. Да я вас уверяю, что он первейший трус, то есть Печорин, а не Грушницкий, о, Грушницкий молодец, и притом он мой истинный друг! сказал опять драгунский капитан. его не защищает? Никто? тем лучше! Хотите испытать его храбрость? Это нас позабавит... Господа! никто здесь Хотим; только как? ему А вот слушайте: Грушницкий на него особенно сердит первая роль! Он придерётся к какой-нибудь глупости и вызовет Печо- рина на дуэль... Погодите; вот в этом-то и штука... Вызовет на дуэль: хорошо! Всё это вызов, приготовления, условия торжественнее и ужаснее, я за это берусь; я буду твоим секундан- будет как можно том, мой бедный друг! Хорошо! Только вот где закорючка: в пистолеты мы не положим пуль. Уж я вам отвечаю, что Печорин струсит шести шагах их поставлю, чёрт возьми! Согласны ли, господа? на Славно придумано! согласны! почему же нет? всех сторон. раздалось со А ты, Грушницкий? Я с трепетом ждал ответ Грушницкого; холодная злость овладела мною при мысли, что если б не случай, то я мог бы сделаться посме- шищем этих дураков. Если б Грушницкий не согласился, я бросился бему на шею. Но после некоторого молчания он встал с своего места, протянул руку капитану и сказал очень важно: «Хорошо, я согласен». Трудно описать восторг всей честной компании. Я вернулся домой, волнуемый двумя различными чувствами. Пер- вое было грусть. «За что они все меня ненавидят? думал я. За что? Обидел ли я кого-нибудь? Нет. Неужели я принадлежу к числу тех людей, которых один вид уже порождает недоброжелательство?» И я чувствовал, что ядовитая злость мало-помалу наполняла мою душу. «Берегись, господин Грушницкий! ясь взад и вперёд по комнате. говорил я, прохажива- Со мной этак не шутят. Вы дорого можете заплатить за одобрение ваших глупых товарищей. Я вам не игрушка!..» Я не спал всю ночь. К утру я был жёлт, как померанец. (краткое описание)