Сократи текст оставляя все самое важное I. Введение 2025 год – год 80-летнего юбилея Великой Победы советского народа в Великой Отечественной войне. По официальной статистике по данным на апрель 2024 года, в России проживало около 12,5 тысяч ветеранов Великой Отечественной войны. Состояние здоровья, возможность для личного общения и встреч этих людей с молодежью и подростками существенно ограничиваются. Поэтому современные поколения могут узнать правду о войне преимущественно работая с письменными источниками различных видов. Одним из наиболее интересных источников о войне являются мемуары. Существует официальное определение мемуаров. Мемуары (от французского mémoires, от лат. memoria — память)– это разновидность автобиографической прозы, повествование о событиях прошлого, участником или очевидцем которых был автор. Уникальность мемуаров проявляется в том, что они одновременно являются и литературными, и историческими источниками. В настоящее время существует много разновидностей источников мемуарного характера. Это: • Автобиографии • Дневники • Воспоминания или записки • Исповедь • Некрологи • Военные мемуары • Мемуарная проза [1] Особенности мемуарных источников: 1. Личностное начало. Главным действующим лицом чаще всего является автор воспоминаний. 2. Ретроспективность. Мемуары всегда обращены в прошлое. 3. Память. Мемуары сохраняют историческую память о событиях прошлого, в этом проявляется их важная социальная функция. [2] Достоинства мемуаров неоспоримы. К их числу можно отнести: Конкретность. Мемуары способны отразить личное отношение автора к событиям, в которых он участвовал Возможность изучать обстановку в обществе в целом и духовный мир отдельных индивидуумов. Мемуарные материалы часто дают простор для изучения бытового характера эпохи, психологии отдельных лиц К недостаткам можно отвести следующее: Субъективность. Мемуары несут на себе отпечаток личности автора, что может приводить к искажениям и переоценке событий. Влияние эпохи. Искренность мемуариста, полнота и достоверность его впечатлений зависят от той эпохи, в которой писались и публиковались мемуары. Необходимость строгой проверки на достоверность. Каждый мемуарный источник должен быть подвергнут проверке, так как известны поддельные и фальсифицированные мемуарные произведения Мемуары не могут заменить официальные источники, но могут существенно дополнить картину событий, иногда выявить новые факты. Частное никогда не сможет заменить собой общее, но может привнести в него новые краски и помочь в решении другой задачи: передаче исторической памяти новым поколениям через соприкосновение с внутренним миром людей, которые были очевидцами события. Изучать эпоху можно не только через факты, но и через проживание этих фактов другими людьми, через мир их чувств и ценностей. Это иногда приводит к потрясению, которое меняет жизнь ныне существующих поколений. В качестве известных примеров хочу привести дневники Тани Савичевой, Анны Франк и многие другие источники мемуарного характера. Целью моей работы является изучение доступных опубликованных и неопубликованных мемуарных источников по истории Великой Отечественной войны в нашем крае (Краснояружский район) с целью выявления их влияния на развитие краеведения, поисково-исследовательской работы, сохранения памяти о войне. Задачи моей работы: 1) Составление перечня опубликованных источников мемуарного характера, их анализ и прогнозирование перспектив использования в краеведческой поисково-исследовательской работе 2) Составление программы поиска и фиксации неопубликованных исторических источников, памятки по работе с ними и их ценности для проведения исследовательской деятельности. Объект исследования: опубликованные и неопубликованные источники мемуарного характера по истории Великой Отечественной войны Предмет исследования: влияние информации из мемуарных источников на развитие краеведческой поисково-исследовательской деятельности, сохранение памяти о Великой Отечественной войне, определение перспектив их использования, в том числе их использования в борьбе с фальсификацией истории. Гипотеза исследования. Источники мемуарного характера по-прежнему обладают огромной ценностью для исследования событий Великой Отечественной войны на территории нашего края в связи с тем, что уходят из жизни поколения, которые были очевидцами событий; исследовательский и воспитательный потенциал мемуарных источников не исчерпан, они позволяют выявить не только новые факты, но и создать представление об идеалах и ценностях ушедших поколений. II. Ценность мемуаров как исторического источника в изучении Великой Отечественной войны на территории края. Опубликованные источники. Первый аспект моего исследования – выявление видов мемуарных источников по истории нашего края. Проделав работу, я пришел к выводам, что по истории Великой Отечественной войны в нашем крае преобладают следующие виды источников: • Автобиографии (вклиниваются в текст воспоминаний, не являются полными, дают общее представление об авторе) • Воспоминания или записки (встречаются в отредактированном виде, хотя содержат авторский текст, в них проявляются индивидуально-стилистические особенности) Что касается дневников и исповеди, то этот тип мемуарных источников требует полной открытости. Как правило на это решаются немногие люди. Например, известный дневник Лёвы Федотова был отредактирован другом детства, писателем Ю.В. Трифоновым через много лет после смерти Лёвы. Для написания военных мемуаров, мемуарной прозы нужен литературный талант, которым из юношеского поколения военных лет обладал лишь наш земляк Н.А. Фролов, но Николай Алексеевич принимал непосредственное участие в военных действиях, он не был свидетелем оккупации территории нашего поселка и района. Однако помогал редактировать воспоминания своих земляков. К опубликованным источникам мемуарного характера по истории Великой Отечественной войны в нашем крае относятся воспоминания сестры Героя Советского Союза Н.Г. Герасиковой, медицинской сестры Камышинской В.Ф., жителей поселка Мишениной З.Г., Романенко К.С., Рубаненко Г.Д., Фроловой Н.А., Хохловой В.Я. в сборнике воспоминаний «Военное лихолетье» [3] Из воспоминаний можно почерпнуть следующую информацию: • Краткие биографические сведения о каждом авторе (содержатся не во всех воспоминаниях) • Описание начала войны и обстановки в поселке • Особенности оккупационного режима • Освобождение поселка • Жизнь после освобождения Анализ воспоминаний позволяет сделать вывод о том, что серьезных противоречий в описании фактов в период войны нет. Достоверность указанных сведений определяется возрастом ребенка на момент начала войны, особенностями семьи, личным опытом, доступностью информации и особенностями памяти не столько в годы войны, сколько в послевоенные годы, поскольку воспоминания были записаны намного позже, уже в зрелом возрасте. Общим в воспоминаниях является описание войны как трагедии в жизни народа, бедствий и трудностей в период оккупации, карательных акций оккупантов и коллаборационистов, радости освобождения. Примечательно то, что в некоторых воспоминаниях (Романенко К.С., Мишенина З.Г.) есть упоминания о движении сопротивления (подпольщики и партизаны) на территории района. Для того, чтобы общая картина оккупационного режим не была искажена, автор-составитель сборника Фролов Н.А. разместил после воспоминаний исторические документы, которые свидетельствуют о кровавом характере оккупационного режима на территории нашей страны ( соседние с нами Ивнянский, Беловский, Новооскольский район). Этот подход является верным, поскольку несмотря на казни, принудительные работы, грабежи, отправку в Германию подростков в целом оккупационный режим на территории нашего района был более мягким, чем в селах соседних районов, где каратели творили настоящие зверства. Сравнение данных мемуаров и официальных источников не позволит создать у потомков, людей, которые ничего не знают о войне, ложное представление о терпимом положении местного населения в период оккупации, а значит, поможет эффективно бороться с попытками фальсификации истории. К опубликованным источникам также относятся статьи с воспоминаниями в районной газете прошлых лет. Одна из них помогла местному краеведу Радченко Г.М. восстановить картину Курской битвы на некоторых участках фронта (история с нехваткой оружия и имитацией его сорванными стеблями подсолнечника, тяжелые бои с большими потерями на территории Краснопольского района Сумской области, где погиб наш земляк, Герой Советского Союза И.Г. Вдовытченко). И в этой ситуации должно действовать правило: частное ни в коем случае не должно подменять собой общую картину событий. Исследования мемуарных и других источников краеведом Радченко Г.М. и специалистами краеведческого музея позволили составить карту захоронений на территории Краснояружского района и увековечить память погибших. III. Ценность мемуаров как исторического источника в изучении Великой Отечественной войны на территории края. Неопубликованные источники. К неопубликованным источникам относятся видеозаписи воспоминаний детей войны, которые хранятся в районном краеведческом музее и пока не находят широкого применения в работе, а также записи воспоминаний, которые хранятся на руках у родственников( частности воспоминания жителя поселка Красная Яруга Леонова А.И), к которым музейные работники пока не проявляют интереса. На мой взгляд, это самая перспективная с точки зрения обнаружения новых фактов или появления новых подходов в исследовании часть мемуарных источников. [4] Воспоминания Леонова Анатолия Ивановича позволяют выявить новые факты , которые нуждаются в проверке с помощью других источников и реконструировать мир ценностей подростков военного времени. Новые факты, которые были выявлены из анализа воспоминаний: 1) Поведение мальчиков-подростков в момент захода фашистов в поселок в октябре 1941 года 2) Спасение некоторых местных жителей от заложничества и расправы сотрудницей комендатуры Метанниковой Ириной Селивёрстовной 3) Организация подпольных групп из числа советских военнослужащих, попавших в плен к противнику и работавших на станции Готня (группа Николая Гауэра) 4) Некоторые фамилии погибших во время бомбежки поселка, которые не названы в официально опубликованных воспоминаниях (Киселев Анатолий, дедушка, бабушка и внучка Бороздиных) 5) Особенности жизни местного населения в период временной эвакуации в Беловский район Ценность этих воспоминаний также и в том, что в них сформулированы идеалы и ценности детей военных лет: 1) Трудолюбие, раннее начало трудовой биографии 2) Отсутствие зависти и умение радоваться успехам другого, особая взаимовыручка детей и подростков военных лет 3) Нестяжательство, умение радоваться самым простым вещам: кусок хлеба, крыша над головой, пение птиц в лесу, первая земляника или первые грибы и многое другое. 4) Понимание ценности человеческой жизни и ценности мирного неба над головой. 5) Любовь мальчишек военных лет к оружию, ситуациям, связанным с риском. Особенно меня впечатлил фрагмент воспоминаний Анатолия Ивановича, связанный с тем, как подростки собирали хворост и дрова для отопления домов, организовывали взрывы блиндажей. Становится понятной статистика несчастных случаев со взрывами боеприпасов уже после освобождения и окончания войны. Таким образом официально опубликованные и неопубликованные источники мемуарного характера прекрасно дополняют друг друга. Существует точка зрения о том, что если всё уже изучено, то нет никакой необходимости заниматься поиском и введением в оборот новых мемуарных источников. Считаю такой подход не верным, поскольку любопытные факты все-таки удается обнаружить. А если информацию можно перепроверить и подтвердить данными официальных источников, то она представляет собой уже серьезную ценность для ученых-исследователей, да и просто ценность для тех людей, которые родились и выросли уже в послевоенное время. IV. Заключение Проделав данную работу, я пришла к важным выводам. В связи с тем, что большинство мемуаров не готовится непосредственно к печати и бывает обнародовано лишь впоследствии, повышается ценность излагаемого в них материала, ибо он меньше подвергается искажениям современной автору официальной цензуры и правке цензуры самого автора (автор мемуаров может просто бояться последствий своей откровенности). В силу этого в мемуарной литературе до нас дошли такие подробности, которые с трудом проникали или же совершенно не проникали в печать своего времени. Гипотеза исследования подтвердилась. Источники мемуарного характера по-прежнему обладают огромной ценностью для исследования событий Великой Отечественной войны на территории нашего края, исследовательский и воспитательный потенциал мемуарных источников является огромным. Многие из них могут быть использованы на уроках краеведения в 5-7 классах, которые планируют ввести в школах с 2025 года. Особое внимание следует обратить на неопубликованные мемуары. Некоторые из них позволяют обнаружить новые факты о войне, конкретизировать подробности жизни и быта детей военного времени, понять их ценности и идеалы. Особую значимость мемуарные источники приобретают в связи с тем, что они отражают не только фактическую сторону событий, но и отношение к ним тех людей, которые их проживают, ценности и идеалы поколения, выигравшего Великую Отечественную войну и детей, переживших войну. Данные мемуарных источников, наряду с другими источниками, могут помочь нам в борьбе с фальсификацией истории, которая особенно активно начинается тогда, когда уходит из жизни поколение очевидцев событий. Данные мемуарных источников можно использовать в учебной и воспитательной работе, музейной работе, исследовательской деятельности. V. Список ссылок и приложений Ссылки 1. Голубцов В.С. Мемуары как источник по истории советского общества, М., 1970. 2. Георгиева Г.Н. Мемуары как феномен культуры и исторический источник/ // Вестник РУДН/ 2012. N 1. Стр. 131-132. https://cyberleninka.ru/article/n/memuary-kak-fenomen-kultury-i-istoricheskiy-istochnik/viewer 3. Военное лихолетье. Составитель: Фролов Н.А. Издательство «Отчий край». 2006 год] 4. Воспоминания жителя поселка Красная Яруга Леонова А.И. Приложение, стр. 10-18 Приложение 1. Приложение 1. Краткие биографические сведения и воспоминания жителя поселка Красная Яруга Леонова Анатолия Ивановича. Стр. 10-18 2. Приложение 2. Детское фото Леонова А.И. с братом и сестрой. Стр. 18 Приложение 1. Краткие биографические сведения и воспоминания жителя поселка Красная Яруга Леонова Анатолия Ивановича Леонов Анатолий Иванович родился в 1931 году в семье рабочего Краснояружского сахарного завода Леонова Ивана Степановича и Леоновой (урожденной Добродомовой) Елены Михайловны. В семье, кроме Анатолия, было еще двое детей: Александра (родилась в 1929 году) и Евгений (родился в 1939 году). Жили очень скромно на зарплату отца и доходы от продажи рукотворных изделий Елены Михайловны (она была искусной вышивальщицей). Анатолий Иванович самым сильным детским впечатлением считает воспоминания о страшном голоде 1932-1933 года. Хотя ему было около двух лет, но события тех лет прочно врезались в память: «Мама тогда подрабатывала в подсобном хозяйстве сахарного завода и ежедневно получала продовольственный паёк. Помню, как мы с сестрой Шурой шли встречать ее, Шура вела меня за руку. Мама сразу отдавала нам часть хлеба и мы тут же съедали его. Поверьте, муки голода – это, наверное, самое страшное, что может испытать человек, тем более, ребенок». В 1939 году Анатолий Иванович поступил в первый класс Краснояружской начальной школы. Впечатления о школе были самыми лучшими, учился с удовольствием, хотя был и не самым дисциплинированным учеником. Во второй класс Анатолий Иванович пошел уже в новое здание школы, более светлое и просторное. Ребят в то время в классе было очень много, да и количество классов на параллели было большим. Ребят начальной школы принимали сначала в октябрятскую организацию, затем в 3-м классе вступали в пионеры. Это было очень почетно и означало новый этап взросления. Так же, как и все мальчишки предвоенного времени, Анатолий Иванович увлекался футболом. По вечерам играли в лапту, мяч, ходили на рыбалку, в лес за грибами и ягодами. Любовь к походам в лес сохранилась на многие годы. Как и все дети, помогал родителям по хозяйству, это тогда считалось нормой. Все было бы замечательно, и как миллионы советских мальчишек и девчонок Леонов А.И. стал бы в свое время пионером, если бы не война. «Каким я запомнил начало войны? Помню выступление Молотова по радио. Я слушал его дома. Впечатление было угнетающее, но была надежда, что война быстро закончится. Сказалось влияние пропаганды. Мой отец, Леонов Иван Степанович, не был призван в армию, а попал в истребительный батальон. Задача таких батальонов заключалась в охране социалистической собственности, путей сообщения, поимке диверсантов (парашютистов, заброшенных на советскую территорию). В октябре 1941 года фашисты вошли в Красную Яругу. Многие мосты, связывающие части поселка, были взорваны. При отступлении все ценное оборудование сахарного завода было эвакуировано на восток, а завод был сожжен. Мой отец выехал с последним эшелоном, сопровождая оборудование, на Олымский сахарный завод (ныне – Курская область), который стал базой для развертывания оборудования Краснояружского и других сахарных заводов. Оттуда отец переехал в Елатьму (Рязанская область) к сестре. В Елатьме формировался железнодорожный батальон, с которым Иван Степанович уехал в Удмуртию по месту службы. В годы войны данный батальон строил резервные железные дороги, в том числе, через Киров, чтобы пустить поезда в случае захвата юга страны по северному пути. До конца войны мы отца не видели. Семья осталась с мамой, Леоновой Еленой Михайловной, в Красной Яруге. Хорошо помню, как происходило занятие поселка фашистами. Фашистская разведка дошла до моста на Поповом пруду, но мост был разрушен. Каким мы представляли себе врага? Скорее жалким, карикатурным, понимание его жестокости и бесчеловечности пришло позже. В здании районной милиции оставалось несколько мелкокалиберных винтовок, которые стали достоянием подростков. Вот из этих винтовок мы, мальчишки, пытались «обстреливать» противника. Фашисты были испуганы, решили, что на окраине действуют партизаны или осталась воинская часть. Женщины из близлежащих домов, обнаружив стрелявших, тут же провели «воспитательное мероприятие» хворостинами и загнали ребят домой. Примечательно, что детей тогда не делили на «своих» и «чужих», испугались за всех. Лишь на третий день фашисты сделали мост из телефонных столбов и оказались на стороне улицы Крыловка. Помню, как вошли на улицу Крыловка. Прежде всего, начался грабеж. Резали свиней, птицу, отбирали продукты и ценные вещи. Потом было небольшое затишье. Вскоре в центре поселка появилась комендатура и жандармерия. Комендатура была в здании аптеки, жандармерия – в здании райпотребсоюза. Из местных набирали полицаев, которых разместили в здании старой милиции. В это время фашисты вели работу по выявлению всех коммунистов, оставшихся красноармейцев, партийных и хозяйственных руководителей. Помню, что начались расстрелы в овраге за Новостроевкой. К нам в Красную Яругу свозили коммунистов, красноармейцев, руководителей со всего района. Появились у фашистов и заложники. Мама боялась того, что кто-либо из жителей поселка, желая выслужиться перед новыми «хозяевами», донесет на нас, так как мой отец был коммунистом. Знаю, что нашей семье очень помогла Ирина Селивёрстовна Метанникова, которая работала машинисткой в комендатуре. Коменданту донесли, что мой отец - коммунист, и комендант решил, что он ушел в партизаны. Ирина Селивёрстовна заявила, что у нее есть неоспоримые доказательства того, что Леонов И.С. выехал с последним эшелоном, сопровождая оборудование сахарного завода, и к партизанам не имеет отношения. В здании нынешней начальной школы (бывшей гимназии) размещалась немецкая воинская часть. Мы, мальчишки, часто пробирались туда, наблюдали за «фрицами». Как и многие мои приятели, я рано начал курить, втянулся, поэтому отсутствие сигарет было настоящим мучением. Помню, все время хотелось стащить сигареты у «фрицев», но теперь-то мы уже понимали, насколько реальной была опасность. Помню, что чувство голода было практически постоянным. Местное население пыталось прятать муку и сахар от фашистов, однако те, даже не знаю, как, находили такие тайники. В частности, у нас отобрали последний мешок муки и сахара. Выручали «запасы», хранившиеся в погребе моего двоюродного брата, Михаила Кривицкого. После отступления нашей части из поселка аптека была разграблена, остались одни яды, но о существовании погреба в аптеке никто не знал. Мы с Мишей обнаружили в погребе гематоген и минеральную воду «Ессентуки» и «Боржоми», и перетащили, что могли, к Михаилу. Это на какое-то время помогло решить проблему питания. Правда, до сих пор терпеть не могу эти два вида минеральной воды. Иногда выручал и случай. Во время очередного похода к Михаилу огородами переходил на улицу Зацерква и увидел немецкие подводы. Одна из них замерзла и не могла сдвинуться с места. В подводе было пусто, но в помещении кладовой (старое здание поссовета) мы обнаружили концентрат киселя. Радости не было предела, мы по наивности решили, что здание не охраняется! Половину мешка прихватили (весь мешок был слишком тяжел), однако решили вернуться. Вот тут -то и попали под обстрел немцев. Еле унесли ноги! Походы надолго прекратились. Самым ярким воспоминанием 1942 года стало появление в нашем доме постояльцев. Фашисты решили, что обосновались надолго, стали привлекать к сотрудничеству советских военнопленных, создавая нечто вроде наших истребительных батальонов. Летом 1942 года в Красной Яруге появились трое военных. Я точно помню, что лейтенанта звали Николай Гауэр, а солдат – Иван и Андрей. Наши постояльцы якобы добровольно пошли в отряд, созданный фашистами. Позже я узнал, что наши постояльцы были подпольщиками, занимавшимися сбором разведывательной информации. Николай Гауэр был тонким психологом. После того, как его с товарищами перевели на станцию Готня для охраны немецких эшелонов, он стал набирать в свою группу мужчин, сочувствовавших Советской власти, но оступившихся или вынужденных сотрудничать с фашистами в силу разных обстоятельств. Группа собирала сведения о передвижении эшелонов через железнодорожную станцию Готня. Ребята периодически приезжали к нам на отдых, по пути заглядывая в лес Должик, где у них была спрятана радиостанция. По сигналу наши самолеты бомбили немецкие эшелоны на станции Готня, и надо сказать, попадания были точными. Рассекретить парней так и не смогли. В 1943 году при отступлении фашистов Николай Гауэр отцепил от состава три последних вагона с оружием. Ему помогала уже вся группа. Завязался бой. Поскольку фашисты очень спешили, то поезд ушел без последних вагонов. Но в это время из станции Льгов подошел еще один эшелон с фашистами. Бой продолжился, Гауэр был ранен. Друзья Николая отвезли его в Ракитное, но врача на месте не оказалось, пытались найти медицинского работника в Красной Яруге, но было поздно: от потери крови Николай умер. Похоронен он был в сквере возле Дома культуры. Правду о группе Гауэра мы узнали от его друзей только после освобождения Красной Яруги от фашистов. Помню, что один из ребят подарил моей сестре Шуре на память книгу Майна Рида «Всадник без головы» и рассказал подробно, как погиб Николай. Для него важным оказалось донести до нас правду о том, что они, наши постояльцы, не сотрудничали, а боролись с фашистами в самый тяжелый период войны. С 1943 годом были связаны самые яркие воспоминания. В феврале 1943 года Красную Яругу освободили. Месяц был очень снежный. Все жители добровольно участвовали в расчистке дорог. В апреле начались сильные бомбежки поселка. Помню, 17 апреля, мы с мальчишками оказались в очаге такой бомбежки. Наши солдаты ремонтировали пушку, и нам было очень интересно наблюдать за процессом, потом, как водится, решили проводить солдат за поселок. В это время начался заход самолетов на бомбежку (их было более 30!). Помню, что мы с ребятами спрятались за каменной стеной ограждения сахарного завода. Одна из бомб попала в отходы шлака, и поднялся столб дыма красного цвета. Он-то и ввел фашистов в заблуждение: они решили, что здесь находится какой-то важный склад. Большинство бомб попадало именно туда. Особенно пострадали улицы Зацерква, Почтовая, Крыловка, Костюковка, Новостроевка. После этой страшной бомбежки было много погибших и раненых. Помню, что погиб Киселев Толик, дедушка, бабушка и внучка Бороздиных, была ранена Рыжакова Люда. Этих людей я хорошо знал. В детстве почти всегда кажется, что ты будешь жить долго, что ничего страшного с тобой не может случиться, но такие случаи меняют взгляд на суть вещей: погибли те, кого я не просто знал, с кем вчера еще разговаривал. Взгляды на жизнь сильно изменились. Мне кажется, что я повзрослел за один день. После этой бомбежки началась эвакуация мирных жителей. Наша семья переехала на Павловский хутор к знакомым. В конце апреля мы были эвакуированы в село Белянское (Ракитянский район), оттуда летом эвакуированы в село Вишнево (Беловский район Курской области). В село Мокрушино переехала и администрация района. Мы остановились на квартире у очень добросердечной женщины. Когда закончились те продукты питания, которые привезли с собой, она предложила свои, подкармливала нас, ребятишек, хотя сами в то время жили предельно скромно. Хотелось как-то отблагодарить эту женщину, я помогал ей пасти коров. Помню жаркие дни июля 1943 года. В отдельные дни мы насчитывали до 600 самолетов в небе! Помню, мне очень хотелось домой. Я и другие подростки тайком пробирались в Яругу. Я с моим другом Иваном Ткаченко был несколько раз дома, прятался на чердаке. В нашем доме стояли теперь уже наши солдаты. Помню, как в одну из ночей 8 танков прорвались к Красной Яруге. Последний был подбит в районе, который сегодня называется СМУ. После страшной апрельской бомбежки Красную Яругу больше не бомбили, но обстреливали шрапнелью. Снаряды разрывались, в основном, вверху. В июле в самый разгар Курской битвы я с мамой вернулся домой. Фронт от нас был уже отодвинут. Началась уборка урожая. До нас докатывались отголоски великого сражения, линия фронта проходила не так уж далеко. Видели мы, как по железной дороге везли на фронт танки, орудия, минометы, солдат, слушали сообщения о боях. После освобождения поселка сразу стала налаживаться нормальная жизнь, а главное, я наконец-то стал посещать школу. Вопреки расхожему мнению, школа действовала и в период оккупации, но программа была сильно пересмотрена в интересах «новых хозяев». Помню вырванные страницы из некоторых учебников, введение обязательного предмета «Закон Божий». Скажу сразу, что в период оккупации школу я не посещал. Причиной стал конфликт со священником. Я не был принципиальным противником религии, хотя отец был коммунистом, но и он, и мама верили в Бога. Я рос в советское время, когда храм был закрыт, затем разрушен и, честно сказать, вопросами религии не интересовался, молитв не знал, а тут еще непримиримость местного батюшки. После очередного конфликта со священником в школу я больше не пошел, да и что это была за учеба в условиях оккупации! Наверстывать упущенное пришлось потом очень долго. Знания для меня всегда были ценностью, учебу любил, но долго не мог определиться, найти свое место в жизни. Какими были мальчишки и девчонки моего поколения? Однозначно скажу: рано повзрослевшими. В чем это проявилось? Во-первых, рано начали трудиться. После освобождения Красной Яруги после уроков и по выходным дням работали в колхозе. Собирали небольшие колоски, помогали молотить хлеб, скирдовали солому, носили воду женщинам-колхозницам, работавшим в поле, ухаживали за колхозным скотом, дежурили в пожарной части. Знаю о том, что некоторые подростки чуть старше меня работали минерами, а многие даже погибли, разминируя поля. И в то же время привычный ритм жизни был нарушен войной: позже мы получили образование, позже определились с выбором профессии, позже создали семьи. Во-вторых, другим качеством подростков военного времени я назвал бы отсутствие зависти и умение радоваться успехам другого, особую взаимовыручку. Хорошо помню, что в то голодное время даже последний кусок «макухи» делили с друзьями. В-третьих, нестяжательство, умение радоваться самым простым вещам: кусок хлеба, крыша над головой, пение птиц в лесу, первая земляника или первые грибы и многое другое. В четвертых, понимание ценности человеческой жизни и ценности мирного неба над головой. Хотя должен признать, что любовь к оружию и умение разбираться в нем у меня осталась еще с той поры. Любимой игрой мальчишек все-таки была игра в войну. Мы с друзьями уходили даже под поселок Томаровка, чтобы найти оружие и патроны. Во время Курской битвы там происходили страшные бои. Мы находили автоматы, винтовки, гранаты. Мин было множество, но мы их не трогали, срабатывал инстинкт. Играли боевым оружием, в том числе, гранатами. Однажды я во время такой игры выдернул чеку из боевой гранаты, хотел бросить ее в одном направлении, но заметил женщину. Гранату швырнул вверх, а сам спрятался за дерево. Друзья уже «залегли» на местности. От взрыва пострадал сам: лишился части пальца и был ранен в ногу. На мое счастье, в доме у нас стояли санитары, которые обработали раны, а мама устроила мне «большую порку», так что героя из меня не вышло. Помню также очень хорошо еще один случай. В 1943 году мы с друзьями заготавливали дрова. Разбирать блиндаж обычным способом было очень долго, а боеприпасов в то время было огромное количество. Мы с ребятами объединялись по 3-4 человека в группу. Каждая группа брала противотанковую мину, взрыватели и бикфордов шнур. Бросали жребий, кто в очередной раз будет «взрывающим». Остальные члены группы прятались в другой блиндаж. Задача «взывающего» заключалась в том, чтобы поджечь шнур и до взрыва успеть спрятаться. В очередной раз жребий выпал мне. Шнур я поджег, но спрятаться в блиндаж не успел, так как споткнулся и упал. Лежал лицом вверх на дне окопа, смотрел в небо. От взрыва огромные дубовые бревна стали вращаться в воздухе, как спички. Одно бревно летело в мою сторону. Несмотря на все мои конфликты со священником и незнание молитв своими словами я стал просить Бога отнести бревно в сторону. Бревно упало рядом со мной, поперек окопа, и разломилось пополам. Правду говорят, что на войне нет неверующих людей и уж тем более, атеистов. Много было трагедий, которых, может быть, могло и не быть. Помню случай с попыткой взорвать противотанковую гранату. Капсюль к ней взяли от обычной гранаты (РГД), по размеру он не подошел. Гранату бросили в Цюцюринский став, но взрыва не было. Тогда мальчишки вытащили гранату, один из старших по возрасту ребят отобрал ее и пытался вынуть запал. В это время произошел взрыв, парень погиб на наших глазах. К сожалению, это была не единственная смерть при подобных обстоятельствах. Очень многие дети стали жертвами войны даже после ее окончания. Сейчас я часто задумываюсь над тем, так ли уж безрассудно мы рисковали своими жизнями? Для самого подросткового возраста характерно стремление все исследовать, показать свое бесстрашие, презрение к слабости. Героями мы, конечно, не были, но и трусами тоже. Само воспитание в тот период было таким, что любой мальчишка-сорвиголова мог совершить подвиг, отдать жизнь за Родину, за своих близких. Не побоюсь высоких слов, но в светлое будущее мы действительно верили, может быть, поэтому для многих представителей моего поколения таким болезненным оказалось крушение идеалов: страшнее материальных трудностей, к которым наше поколение привыкло. Что касается войны, то я считаю ее трагедией в истории любого народа. Огромного уважения, на мой взгляд, достойны те, кто как Николай Гауэр, Иван Вдовытченко пожертвовал собой ради других, ради будущих поколений, хотя само будущее, наверное, они представляли себе иначе». Это воспоминания самого обычного человека, простого очевидца событий. После Великой Отечественной войны Леонов Анатолий Иванович закончил Кучеровский сельскохозяйственный техникум, Московский институт пищевой промышленности и работал инженером-конструктором на Краснояружском сахарном заводе. Воспоминания были записаны дочерью, Леоновой Е.А. в 2007 году. Анатолий Иванович умер в 2013 году. Приложение 2. Детское фото Леонова А.И. с братом и сестрой Слева направ