Отношение ногайцев к присяге на верность русскому престолу в 1783 году претерпело значительные изменения. В июне-июле 1783 года ногайцы проявили готовность к присяге, рассматривая это как возможность укрепить свои права и сохранить независимость от внешнего вмешательства, в первую очередь от персидских и османских влияние. Они надеялись, что присяга создаст условия для мирного сосуществования с Россией и обеспечит защиту их территории.
Однако в августе-сентябре 1783 года настроение ногайцев изменилось. Это было связано с различными факторами. Во-первых, многие из них начали осознавать, что на практике присяга может привести к утрате их автономии и стремлению России установить прямую власть над ногайскими землями. Во-вторых, ухудшение ситуации на местах, в частности, интенсивные налоговые притяжения и военные реквизиции, внесли тревогу и недовольство в ряды ногайцев. Наконец, российская политика в отношении соседних народов также вызывала переключение их симпатий на сторону своих традиционных союзников и соседей, что еще более усилило недовольство.
Эта перемена в настроениях могла быть вызвана как внутренними противоречиями внутри ногайского общества, так и внешними факторами, такими как давление других государств и неудовлетворенность от взаимодействия с Россией. В результате, несмотря на первоначальные надежды, многим ногайцам стало очевидно, что интеграция в российскую империю может иметь негативные последствия для их жизни и самоуправления.