Внимательно прочитайте приведённый ниже эпизод и дайте ответ на вопрос: "Почему разговор с Платоном Каратаевым привел к тому, что "разрушенный мир теперь с новой красотой, на каких-то новых и незыблемых основах" воздвигался в душе Пьера Безухова?" Пьер попал в плен, его чуть не расстреляли, на его глазах была произведена казнь русских людей. "В нём, хотя он и не отдавал себе отчета, уничтожилась вера и в благоустройство мира, и в человеческую, и в свою душу, и в Бога... Рядом с ним сидел, согнувшись, какой-то маленький человек... — А много вы нужды увидали, барин? А? — сказал вдруг маленький человек. И такое выражение ласки и простоты было в певучем голосе человека, что Пьер хотел отвечать, но у него задрожала челюсть... — Э, соколик, не тужи, — сказал он с той нежно-певучей лаской, с которой говорят старые русские бабы. — Не тужи, дружок: час терпеть, а век жить... — Вот, покушайте, барин, — сказал он, опять возвращаясь к прежнему почтительному тону и развертывая и подавая Пьеру несколько печёных картошек. — В обеде похлёбка была. А картошки важнеющие! Пьеру казалось, что он никогда не ел кушанья вкуснее этого... — Нет, мне всё ничего, — сказал Пьер, — но за что они расстреляли этих несчастных!.. Последний лет двадцати. ... я пошёл на пожар, и тут они схватили меня, судили за поджигателя. — Где суд, там и неправда, — вставил маленький человек... — Что ж, тебе скучно здесь? — спросил Пьер. — Как не скучно, соколик. Меня Платоном звать; Каратаевы прозвище... Соколиком на службе прозвали. Как не скучать, соколик! Москва, она городам мать. Как не скучать на это смотреть. Да червь капусту гложе, а сам прежде того пропадае: так-то старички говаривали... Я говорю: не нашим умом, а Божьим судом... Он, видимо, был огорчён тем, что у Пьера не было родителей, в особенности матери. — Жена для совета, тёща для привета, а нет милей родной матушки! — сказал он. — Ну, а детки есть? — продолжал он спрашивать. Отрицательный ответ Пьера опять, видимо, огорчил его, и он поспешил прибавить: — Что ж, люди молодые, ещё даст Бог, будут. Только бы в совете жить... — Да теперь всё равно, — невольно сказал Пьер. — Эх, милый человек ты... От сумы да от тюрьмы никогда не отказывайся... и Платон Каратаев рассказал длинную историю о том, как он поехал в чужую рощу за лесом и попался сторожу, как его секли, судили и отдали в солдаты. — Что ж, соколик, ... думали горе, ан радость! Брату бы идти, кабы не мой грех. А у брата меньшого сам-пят ребят, — а у меня, гляди, одна солдатка осталась... Пришел я на побывку, скажу я тебе. Гляжу — лучше прежнего живут... Батюшка и говорит: «Мне, говорит, все детки равны: какой палец ни укуси, всё больно. А кабы не Платона тогда забрили, Михайле бы идти». Позвал нас всех — веришь — поставил перед образа. Михайло, говорит, поди сюда, кланяйся ему в ноги, и ты, баба, кланяйся, и внучата кланяйтесь. Поняли? говорит. Так-то, друг мой любезный. Рок головы ищет. А мы всё судим: то не хорошо, то не ладно. Наше счастье, дружок, как вода в бредне: тянешь — надулось, а вытащишь — ничего нету. Так-то... ...слышались где-то вдалеке плач и крики, и сквозь щели балагана виднелся огонь; но в балагане было тихо и темно. Пьер долго не спал и с открытыми глазами лежал в темноте на своём месте, прислушиваясь к мерному храпенью Платона, лежавшего подле него, и чувствовал, что прежде разрушенный мир теперь с новой красотой, на каких-то новых и незыблемых основах, воздвигался в его душе..." кратко