Написать краткий пересказ по тексту Борис Леонидович Пастернак родился в Москве, в интеллигентной твор ческой семье, известной своими художественными наклонностями. Его отец, Леонид Осипович, был академиком живописи. Мать, Розалия Исидоровна, урождённая Кауфман, профессором Одесского отделения Императорского русского музыкального общества. В их доме бывали Л. Н. Толстой, Н. Н. Ге, А. Н. Скрябин. С детских и юношеских лет Борис Пастернак полюбил при-роду («Дремучее царство растений, / Могучее царство зверей»), философию и музыку. К природе он приобщился в летние месяцы, когда родители вывозили маль-чика в Подмосковье. Тогда же, в детские годы, он проникся христианскими чувствами и полюбил торжественную красоту богослужений и обрядов. Русская няня втайне от ро дителей водила мальчика в православную церковь. «Окропив его во имя Отца и Сына и Святого Духа, она уверила его, что нет препятствий к его участию в службе», писал Е. Б. Пастернак, сын поэта. Христианство стало с тех пор духовной жаждой и источником творчества. Перед Пастернаком-юношей открывались три дороги. Он мог стать музы кантом (композитором), философом или поэтом. Музыка, которую Пастернак вскоре оставил как профессиональное занятие, несмотря на поощрения А. Н. Скрябина, продолжала быть для него предметом внимания, переживания и восхищения. Увлечение философией началось в Московском университете, куда Пастер-нак после окончания гимназии с золотой медалью (1906) поступил на юри дический факультет, а затем перешёл на историко-филологический. В апреле 1912 года Пастернак уехал в Марбург для знакомства с неокантианской философией. Там он делает успехи, но вскоре порывает с карьерой профессио-нального философа и возвращается в Россию. Однако ни музыка, ни фило-софия не будут забыты. Они войдут в жизнь и в стихи так же, как природа и христианство, и займут в них подобающее им почётное место. Сделав выбор в пользу Слова, Пастернак встал на поэтический путь. Первые стихотворения появились в 1913 году, в пору окончания универси-тета. На следующий год вышла книга стихотворений «Близнец в тучах», через три года - «Поверх барьеров» (1917). Спустя двенадцать лет поэт перерабо-тал эту книгу и выпустил новый сборник лет» (1929). «Поверх барьеров. Стихи разных 1913 год закат символизма. Кризис его очевиден. Пастернак его остро чувствует и при всей любви к Блоку понимает, что настаёт время Маяковского. Вместе с Н. Асеевым и С. Бобровым он входит в поэтическую группу «Цен-трифуга», близкую футуристам. После сборника «Поверх барьеров» он задумывает (1917) новую кни гу стихотворений, которая вышла в свет в 1922 году и называлась «Сестра моя жизнь». На следующий год появился сборник «Темы и вариации» (1923). В это время Пастернак сближается с Маяковским и входит в группу ЛЕФ (Левый фронт искусств). Борис Леонидович Пастернак один из тех редких поэтов, которые с дет-ской радостью воспринимают и громко славят земной мир, жизнь на земле, сотворённый Богом порядок, упиваясь богатством красок и звуков. В художественном плане в стихах ранних лет Пастернак чётко формулирует свои пристрастия и искания: он отказывается от романтизма и символизма и хочет, чтобы его жизнь предстала в стихах не жизнью поэта, а жизнью чело-века по имени Борис Леонидович Пастернак, своеобразной, без прикрас. Иначе говоря, он с самого начала ищет поэзию в прозе и сознательно прозаизиру-ет стих, вводя в поэтическую речь слова и обороты, умеряющие гладкопись, неласковые для слуха, затрудняющие восприятие прихотливыми ассоциациями и нарочитым высоким косноязычием. Позднее, вспоминая моя 0 том времени, когда вышла книга «Сестра жизнь», Пастернак писал, что он жил с ощущением «повседневности», когда все события уравнивались в своём значении и не было событий «поэтических» и «прозаических», «Высоких» и «низких». Но каждое явление обыденности тотчас становилось историческим и вечным. Перед его глазами развёртывалась становящаяся история. Человек и Вселенная мыслились в поэзии Пастернака самостоятельно, но не отъединённо. Они укладывались в некую естественную общность. Пастернак, в отличие от художников, которые мечтали ради блага человечества переустро ить данный свыше миропорядок, утверждал в своей поэзии его нерушимость, устойчивость и не видел надобности в насильственном преобразовании основ жизни. Это убеждение, что в мироустройстве, в природе, в истории ничего не надо менять, что их законы сами всё сделают наилучшим образом, поэт пронёс че рез всю жизнь. Стихотворения и поэмы 1920-1930-х годов свидетельствуют о том, что Пастернак пытался откликнуться на социальные изменения в стране, что ему хотелось душой быть рядом с теми, кто строил социализм. Однако новая дей ствительность представлялась ему столь же косной, как и прежняя, в мораль-ном отношении вызывала глубокие сомнения. В послании Борису Пильняку он признавался: И разве я не мерюсь пятилеткой, Не падаю, не поднимаюсь с ней? Но как мне быть с моей грудною клеткой И с тем, что всякой косности косней? В связи с этим поэт понимает, что отказ славословить новую власть чреват репрессиями. Всякая похвала автору со стороны власти оборачивается ожи-данием похвалы властям со стороны поэта. В послании «Брюсову» он писал: Вас чествуют. Чуть-чуть страшит обряд, Где вас, как вещь, со всех сторон покажут И золото судьбы посеребрят, И, может, серебрить в ответ обяжут. Пастернака больше всего страшило выпячивание его личности, его твор-чества. По моральным причинам он опасался быть официальным поэтом, воз-веденным на некий пьедестал, и всячески этому противился. В его жизни и в поэзии моральные категории всегда преобладали над социальными. Свой творческий путь он мыслил как проникновение в существо и тайны бытия. Если раньше оно достигалось благодаря сложности и многообразию ассоциаций, то постепенно у Пастернака стало преобладать мнение, что сложность мира требует «неслыханной простоты выражения, исключающей «словесный сор». Пробиваясь к такой простоте, он в 1932 году выпускает книгу стихов «Второе рождение». В ней видно стремление писать просто, ясно, прозрачно. Одной из главных тем книги была любовь, соединённая с ощущением кра-соты и правды. В стихотворении «Любить иных тяжёлый крест...» Пастернак ставит любовь в один ряд с красотой, с жизнью и её загадками («И прелести твоей секрет / Разгадке жизни равносилен»), с простотой и бескорыстием основ бытия. Любовь побуждает жить без фальши, благодаря ей духовные и душевные силы человека расцветают, и он становится лучше и нравственно чище. В той же книге помещено и другое знаменитое стихотворение «Краса-вица моя, вся стать...». В нём красота отзывается радостной, возвышающей музыкой души или поэтическим вдохновением, которое стремится выразиться рифмами. Наконец, она принимает совершенные скульптурные формы. В сти хотворении ещё сохраняется перегруженность образными и иными ассоциаци ями, отступлениями о рифмах, задерживающими мысль, но вместе с тем ясно видно и стремление к простоте, к ясности стиля, которое ярко проявилось в первой и двух последних строфах: Красавица моя, вся стать, Вся суть твоя мне по сердцу, Вся рвётся музыкою стать, И вся на рифмы просится. <...> Красавица моя, вся суть, Вся стать твоя, красавица, Спирает грудь и тянет в путь. И тянет петь и нравится. Тебе молился Поликлет. Твои законы изданы. Твои законы в далях лет. Ты мне знакома издавна. Всё это вместе свидетельствует о том, что Пастернак поэт нового столе-тия, с которым его роднит понимание сложности и трагичности бытия, стремление быть свободным, правдивым и честным до конца, во всяком слове и жесте, во всякой детали и подробности. Великая Отечественная война вызвала в Пастернаке духовный и патриоти ческий подъём. Он написал о войне несколько стихотворений, ездил на фронт в составе бригады писателей и вообще ощутил войну «живым периодом», по-чувствовал общность со всеми. Во время войны он написал книгу стихотворе ний «На ранних поездах» (1936-1944). После войны писатель приступил к созданию романа «Доктор Живаго». «В замысле у меня было дать прозу, в моём понимании реалистическую, понять московскую жизнь, интеллигентную, символистскую, но воплотить её не как зарисовки, а как драму или трагедию», — говорил Пастернак своим друзьям при чтении отдельных глав романа. Своему новому произведению Пастернак придавал огромное значение и считал его важной вехой своего творческого пути: «Я совершенно не знаю, что мой роман представит собой объективно, но для меня в рамках моей собственной жизни в плане мысли. В стилистическом же плане это сильный рывок вперёд это желание создать роман, который не был бы всего лишь описательным, который давал бы чувства, диа-логи и людей в драматическом воплощении. Это проза моего времени, нашего времени и очень моя». Общий пафос «Доктора Живаго» он определил так: «Это дух Евангелия, во имя которого Христос говорит притчами из быта, поясняя истину светом повседневности. Это мысль, что общее между смертны-ми бессмертно и что жизнь символична, потому что она значительна»³. «Доктор Живаго» был предложен для напечатания в журнал «Новый мир», но отвергнут редакцией. В 1957 году он был издан за рубежом, и автору была присуждена Нобелевская премия по литературе. После этого в стране началась злобная травля писателя. От него потребовали выехать за границу. Пастернак не мог этого сделать, потому что не мыслил себя вне России. Он сделал уступ-ку властям: отказался от Нобелевской премии. Последняя написанная Пастернаком книга стихотворений «Когда раз-гуляется...» (1956-1959) вышла в Париже в 1959 году. В ней достигну та та «неслыханная простота» выражения, к которой всю жизнь стремился поэт. Примером могут служить два стихотворения «Перемена» и «Весна в лесу». В первом из них отразилось отвращение Пастернака ко всякой помпезно-сти, всяческой парадности, выспренности, «красивымя и ничего не значащим фразам. Он идёт к простым, бедным и нищим людям, потому что там Был осязателен без фраз, Вещественен, телесен, весок Уклад подвалов без прикрас И чердаков без занавесок. Ещё в 1938 году он писал родителям: «Людей художественной складки всегда будет тянуть к бедным, к людям трудной и скромной участи, там всё теплее и выношеннее...» Однако и здесь поэта неожиданно поджидала трагедия. Оказывается, чело веческое горе вызывает отныне не сочувствие в морально испорченном обще стве, а считается позором. Нравственные ценности изменились и рухнули. По отношению к беднякам, убогим или скромным людям можно судить о нрав ственном состоянии народа. Для Пастернака этические перемены стали равны ми моральной катастрофе: Я человека потерял С тех пор, как всеми он потерян. И может быть, так сильно, так мощно зовёт его к себе природа, её кра-сота, потому что она никогда не меняет своей простой, ясной и прекрасной сущности. С тёплым юмором и с лёгким дыханием встречает поэт весну в лесу, радуясь и таянью снегов, и петуху с курицей, и еловому мусору, и затоплен ным проталинам, и наступившей после зимы жаре. Он зорок и наблюдателен. Внимателен к подробностям природы и к её общему настроению. А это значит, что он бесконечно любит жизнь и хочет, чтобы её полюбили все. В 1960 году Пастернака не стало. Значение гениального поэта велико и непреходяще. Он вдохнул в русскую поэзию новые идеи, новый дух, он дал ей новые стилистические и стиховые формы, безмерно расширив и углубив возможности русского языка и стиха. Он подарил нам прекрасные образцы переводов Шекспира, Гёте, грузинских и иных поэтов. В 1936 году А. А. Ахматова писала о Пастернаке, точно определив нерв его поэзии: И вся земля была его наследьем, А он её со всеми разделил. Сам поэт в стихотворении «Нобелевская премия» сказал о себе в разгар обрушившихся на него клевет и ругательств: