Приемная комната знаменитого петербургского адвоката была полна, когда Алексей Александрович вошел в нее. Три дамы старушка, молодая и купчиха, три господина: один банкир-немец с перстнем на пальце, другой купец с бородой, и третий сердитый чиновники вицмундире, с крестом на шее, очевидно! давно уже ждали. Два помощника писали на столах, скрипя перьями. Письменные принадлежности, до которых Алексей Александрович был охотник, были необыкновенно хороши, Алексей Александрович не мог не заметить этого. Один из помощников, не вставая, прищурившись, сердито обратился к Алексею Александровичу. Что вам угодно? Я имею дело до адвоката. Адвокат занят, строго отвечал помощник, указывая пером на дожидавшихся, и продолжал писать. Не может ли он найти время? сказал Алексей Александрович. У него нет свободного времени, он всегда занят. Извольте подождать. Так не потрудитесь ли подать мою карточку, достойно сказал Алексей Александрович, видя необходимость открыть свое инкогнито. Помошник взял карточку и, очевидно не одобряя се содержания, прошел в дверь. Алексей Александрович сочувствовал гласному суду в принципе, но некоторым подробностям его применения у нас он не вполне сочувствовал, по известным ему высшим служебным отношениям, и осуждал их, насколько он мог осуждать что-либо высочайше утвержденное. Вся жизнь его протекла в административной деятельности, и потому, когда он не сочувствовал чему-либо, то несочувствие его было смягчено признанием необходимости ошибок и возможности исправления в каждом деле. В новых судебных учреждениях он не одобрял тех условий, в которые была поставлена адвокатура. Но он до сих пор не имел дела до адвокатуры и потому не одобрял ее только теоретически; теперь же неодобрение его еще усилилось тем неприятным впечатлением, которое он получил в приемной адвоката Сейчас выйдут, сказал помощник; и действительно, чрез две минуты в дверях показалась длинная фигура старого правоведа, совещавшегося с адвокатом, и самого адвоката. Адвокат был маленький, коренастый, плешивый человек с черно-рыжеватою бородой, светлыми длинными бровями и нависшим лбом. Он был наряден, как жених, от галстука и цепочки двойной до лаковых ботинок. Лицо было умное, мужицкое, а наряд франтовской и дурного вкуса. Пожалуйте, сказал адвокат, обращаясь к Алексею Александровичу. И, мрачно пропустив мимо себя Каренина, он затворил дверь. Не угодно ли? Он указал на кресло у письменного, уложенного бумагами стола и сам сел на председательское место, потирая маленькие ручки с короткими, обросшими белыми волосами пальцами и склонив набок голову. Но только что он успокоился в своей позе, как над столом пролетела моль. Адвокат с быстротой, которой нельзя было ожидать от него, рознял руки, поймал моль и опять принял прежнее положение. Прежде чем начать говорить о моем деле, сказал Алексей Александрович, с удивлением проследив глазами за движением адвоката, должен заметить, что дело, о котором в имею говорить с вами, должно быть тайной. Чуть заметная улыбка раздвинула рыжеватые нависшие усы адвоката Я бы не был адвокатом, если бы не мог сохранять те тайны, которые вверены мне. Но если вам угодно подтверждение... Алексей Александрович взглянул в его лицо и увидал, что серые умные глаза. смеются и все уж знают. Вы знаете мою фамилию? продолжал Алексей Александрович. Знаю вас и вашу полезную, опять он поймал моль, деятельность, как и всякий русский, сказал адвокат, наклонившись. Алексей Александрович вздохнуд, собираясь с духом. Но, раз решившись, он уже продолжал своим пискливым голосом, не робев, не запинаясь и подчеркивая некоторые слова. Я имею несчастие, начал Алексей Александрович, быть обманутым мужем и желаю законно разорвать сношения с женою, то есть развестись, но притом так, чтобы сын не оставался с матерьюерые глаза адвоката старались не смеяться, но они прыгали от неудержимой радости и Алексей Александрович видел, что тут была не одна радость человека, получающего выгодный заказ, тут было торжество и восторг, был блеск, похожий на тот зловещий блеск, который он видал в глазах жены Вы желаете моего содействия для совершения развода? Именно, но я должен предупредить вас, сказал Алексей Александрович, что я рискую злоупотребить вашим вниманием. Я приехал только предварительно посоветоваться с вами. Я желаю развода, но для меня важны формы, при которых он возможен. Очень может быть, что, если формы не совпадут с моими требованиями, и откажусь от законного искания. О, это всегда так, сказал адвокат, и это всегда в вашей воле. Адвокат опустил глаза на ноги Алексея Александровича, чувствуя, что они видом своей неудержимой радости могут оскорбить клиента, и посмотрел на моль, пролетевшую пред его носом, и дернулся рукой, но не поймал се из уважения к положению Алексея Александровича. Хотя в общих чертах наши законоположения об этом предмете мне известны, продолжал Алексей Александрович, я бы желал знать вообще те формы, в которых на практике совершаются подобного рода дела. Вы желаете, не поднимая глаза, отвечал адвокат, не без удовольствия входя в тон речи своего клиента, чтобы в изложил вам те пути, по которым возможно исполнение вашего желания. И на подтвердительное наклонение головы он продолжал, изредка взглядывая только мельком на покрасневшее пятнами лицо Алексея Александровича-Развод по нашим законам, сказал он с легким оттенком неодобрения к нашим законам, возможен, как вам известно, в следующих случаях... Подождать! обратился он к высунувшемуся в дверь помощнику, но все-таки встал, сказал несколько слов и сел опять. В следующих случаях: физические недостатки супругов, затем безвестная пятилетняя отлучка, сказал он, загнув поросший волосами короткий палец затем прелюбодеяние (это слово он произнес с видимым удовольствием). Подразделения следующие (он продолжал загибать свои толстые пальцы, хотя случаи и подразделения, очевидно, не могли быть классифицированы вместе): физические недостатки мужа или жены, затем прелюбодеяние мужа или жены Так как все пальцы вышли, он их все разогнул и продолжал: Это взгляд теоретический, но я полагаю, что вы сделали мне честь обратиться ко мне для того, чтоб узнать практическое приложение. И потому, руководствуясь итецедентами, я должен доложить вам, что случаи разводов все приходят к следующим: физических недостатков нет, как я могу понимать? и также безвестного отсутствия? Алексей Александрович утвердительно склонил голову. Приходят к следующим: прелюбодеяние одного из супругов и уличение преступной стороны по взаимному соглашению и, помимо такого соглашения, уличение невольное. Должен сказать, что последний случай редко встречается в практике, сказал адвокат и, мельком взглянув на Алексея Александровича, замолк, как продавец метов, описавший выгоды того и другого оружия и ожидающий выбора своего покупателя. Но Алексей Алекс молчал, и потому адвокат продолжал: Самое обычное и простое разумное, я считаю, есть прелюбодеяние по взаимному соглашению. Я бы не позволил себе так выразиться, говоря человеком неразвитым, сказал адвокат, но полагаю, что для вас это понятно.Найти проблему описать ее простыми словами