В 1925 году Михаил Афанасьевич Булгаков пишет ав тобиографию для справочника: «Родился в г. Киеве в 1891 году. Учился в Киеве и в 1916 году окончил уни-верситет по медицинскому факультету, получив звание лекаря с отличием. Судьба сложилась так, что ни зва нием, ни отличием не пришлось пользоваться долго. Как-то ночью в 1919 году, глухой осенью, едучи в рас-хлябанном поезде, при свете свечечки, вставленной в бу тылку из-под керосина, написал первый маленький рас-сказ. В городе, в который затащил меня поезд, отнес рассказ в редакцию газеты. Там его напечатали. ...В на-чале 20-го года я бросил звание с отличием и писал... В конце 21-го года приехал без денег, без вещей в Москву, чтобы остаться в ней навсегда». В 1924 году жизнь писателя изменилась. Произошло это в связи с созданием сатирическо-фантастической по-вести «Дьяволиада». В 1925 году появилась повесть «Собачье сердце», она не была тогда опубликована, но по рукам ходила ee рукопись (на родине повесть была напечатана лишь в 1987 году). Описанный в повести эксперимент с собакой Шари-ком из медицинского превращался совсем в иной. Первоначально Шарик, получив у профессора Преображен ского ошейник, демонстрирует только свою рабскую на туру: «Я барский пес, интеллигентное существо, отведал лучшей жизни. Да и что такое воля? Так, дым, мираж, фикция... Бред этих злостных демократов». Но при операции ему достались органы хама и уго-ловника Клима Чугункина. Одновременно Шарика, пре-вращенного в человека Шарикова, начинает воспитывать председатель домового комитета Швондер. С этим со-бачье-уголовно-революционным «созданием профессору сладить уже не удается. И тогда он вынужден вновь пре-вратить Шарикова в собаку. Финал, казалось бы, утешительный, но и по сей день в нашей печати не прекращается сатирическое разобла чение того, что получило название «шариковщина». Тогда же, в 1925 году, власть почувствовала угрозу для себя от булгаковской сатиры, направленной против насилия, бескультурья, невежества и революционной де магогии. «...В один непрекрасный вечер... постучали (звонка у нас не было)... На пороге стояли двое штатских... с обыском. Найдя на полке «Собачье сердце» и дневни ковые записи, «гости» тотчас же уехали. По настоянию Горького приблизительно через два го-да «Собачье сердце» было возвращено автору» (из воспо-минаний Л. Е. Белозерской-Булгаковой). «Собачьим сердцем» завершился цикл сатирических повестей и рассказов Булгакова. Пришло время его за-мечательных пьес и романов. В том же 1925 году Михаил Афанасьевич Булгаков встретился с актерами Художественного театра, задумав шими инсценировать роман «Белая гвардия» (он стал потом пьесой «Дни Турбиных»). Вот как описывает Бул-гакова один из актеров: «Он был безукоризненно веж лив, воспитан, остроумен, но с каким-то «ледком» вну три. Вообще он показался несколько колючим... Осо-бенное впечатление произвел ero проницательный, пытливый взгляд. В нем ощущалась сильная, своеобраз ная, сложная индивидуальность. ...Вскоре исчезла и некоторая настороженность и за-мкнутость Булгакова. Сползла и «маска», которая, как оказалось, прикрывала его скромность и даже застенчи-вость. Взгляд его стал мягким и все чаще поблескивал. Улыбка становилась все обаятельнее и милее... Все ча ще проявлялись его жизнелюбие и блестящий юмор... Суждения его были метки, наблюдательность порази тельна, проницательность изумляюща». Сохранился и «внутренний» портрет Булгакова, на-писанный его современниками: «Бесстрашный всегда и во всем. Ранимый, но сильный. Доверчивый, но не прощающий никакого обмана, никакого предательства. Воплощенная совесть. Неподкупная честь». М. Булгаков утверждал: «Сатира создается тогда, когда появится писатель, который сочтет несовершенной текущую жизнь и, негодуя, приступит к художественно-му обличению ее. Полагаю, что путь такого художника будет весьма и весьма труден». Он был прав: в «Собачь-ем сердце» Булгаков художественно обличил самодо-вольство, невежество, наглую нахрапистость и ощуще ние вседозволенности швондеров и шариковых, и жить писателю стало весьма трудно. Вершиной творчества Булгакова является роман «Ма-стер и Маргарита», увидевший свет только после смер-ти автора. Судьба Булгакова: легенда и быль «Рукописи не горят» посмертная судьба Булгакова подтвердила неожиданный афоризм-предсказание. Это поразило воображение многих читателей-современников, как когда-то прозрение юной Цветаевой Моим стихам, как драгоценным винам, Настанет свой черед. Как еще прежде ошеломляло пушкинское: Слух обо мне пройдет по всей Руси великой... Писатели большой судьбы знают о себе что-то, что мы о них до поры, не знаем или не решаемся сказать. На этом перекрестье возникает интерес к самой фигуре творца, к его биографии, личности. Почему мы так ма ло знали о нем? Почему с каждым годом он все более интересен? В пьесах Булгакова в самом их движении и словес ной фактуре было какое-то сильное излучение, которое иногда называют неопределенным словом «обаяние», ис ходившее, поверх многоголосья лиц, как бы от самой личности автора. Еще отчетливее и ближе лирический голос его прозвучал для нас в прозе. И хотелось больше узнать о человеке, который так умеет думать, так чув ствует и так говорит. Лев Толстой писал: «В сущности, когда мы читаем или созерцаем художественное произведение нового ав-тора, основной вопрос, возникающий в нашей душе, все-гда такой: «Ну-ка, что ты за человек? И чем отличаешь ся от всех людей, которых я знаю, и что можешь мне сказать нового о том, как надо смотреть на нашу жизнь? Что бы ни изображал художник: святых, раз-бойников, царей, лакеев шу самого художника». мы ищем и видим только ду- Этот-то интерес к душе художника, возникающий при чтении его книг, побуждает нас продлить свое любопыт ство, распространив его и на то, что эту душу воспитало и сложило, его биографию и эпоху, вектор его судьбы. В каком-то смысле Булгаковым художником уже бы-ла рассказана вся его жизнь и опыт души но как со-отнести это с биографическим обликом творца? Воспри нимая юного врача, начинающего драматурга Максудо-ва или романтического Мастера как литературных персонажей, отделившихся от автора, мы в то же время смутно чувствовали, что множество нитей тянется от них к его собственной судьбе. Биография писателя, складывающаяся из прямых ав-торских признаний, писем, дневников и воспоминаний, давно перестала быть набором анкетных сведений, фор-мальным придатком к школярскому изучению его твор-чества. Скажем, рядом с героями Пушкина и над ними существует в нашем сознании сам увлекающий вообра жение и возвышающий душу образ поэта и его трагиче-ская судьба с Лицеем, ссылкой, женитьбой на Ната-лии Николаевне и дуэлью, как будто Пушкиным нам за-вещан еще один великий не написанный им роман о себе самом. То же можно сказать о жизни Гоголя или Лер-монтова, Достоевского или Толстого. Судьба Булгакова имеет свой драматический рисунок. В нем, как всегда кажется издали и по прошествии лет, мало случайного и отчетливо проступает чувство пути, как называл это Блок. Будто заранее было предуказано, что мальчик, родившийся 3(15) мая 1891 года в Киеве в семье преподавателя духовной академии, пройдет че рез тяжкие испытания эпохи войн и революций, будет голодать и бедствовать, станет драматургом лучшего те атра страны, узнает вкус славы и гонения, бури оваций и пору глухой немоты и умрет, не дожив до пятидесяти лет, чтобы спустя еще четверть века вернуться к нам своими книгами. Одна из легенд, связанных с именем Булгакова, за-ключалась в том, что хотя он начал писать поздно, но сразу с удивительной самобытностью и зрелостью. «Записки на манжетах» (1921-1922) давали представ ление о молодом мастере, как бы миновавшем пору роб кого ученичества. Воспоминания о молодых годах Бул-гакова позволяют заметно корректировать такое мне ние, разделявшееся прежде и автором этих строк, а заодно проследить корни возникшего литературного чуда. В стиле Булгакова-повествователя отмечали яркие поэтические краски уроженца малороссийского юга, род-нящие его с молодым Гоголем. Украинское напевное слово, украинская культура, несомненно, оставили свой отпечаток на творчестве автора «Белой гвардии». Но не менее важными для формирования стиля Булгакова представляются и традиции живой русской речи, кото рую впитывал юный Булгаков дома, в кругу семьи. Афанасий Иванович Булгаков, отец писателя, был ро дом из Орла, окончил там духовную семинарию, пойдя по стопам своего отца сельского священника. Мать, Варвара Михайловна Покровская, была учительницей из Карачева той же Орловской губернии, дочерью соборно-го протоиерея. Дар, необходимый священнослужителю, заключался, как известно, не в последнюю очередь во владении тайной впечатляющего слова, импровизацион-ной и доходчивой проповеднической речью. Не обойдем вниманием и то, что традиции этой благозвучной и чут кой речи сложились в коренном российском подстепье, на Орловщине, что уже дала эта земля России слово та-ких писателей, как Тургенев, Лесков и Бунин. Как уже было сказано выше, сам Булгаков утверж дал в «Автобиографии», что написал свой первый рас-сказ как-то ночью в 1919 году в поезде. Дело автора как датировать рождение в себе писателя, с какого мо мента числить начало своей литературной работы (этот рассказ был опубликован в грозненской газете). Но бла-годаря воспоминаниям близких Булгакову людей мы мо-жем лучше представить, так сказать, пору эмбриональ ного развития таланта, скромные пробы и начала, поло-су литературного ученичества. Любопытно узнать, что уже в семилетнем возрасте он писал рассказ «Похождения Светлана». В пятом классе гимназии написал фельетон «День главного врача», а также сочинял эпиграммы, сатирические стихи. Мы узнаем и названия тех непритязательных пьесок, какие разыгрывались любителями в семейном кругу на даче под Киевом: «Поездка Ивана Павловича в Житомир», «С миру по нитке голому шиш» и т. п. Но все это бы-ли домашние сочинения, шутки, не шедшие ни в какое сравнение с главным тяготением молодого Булгакова к медицине, которая долго виделась ему единственным несомненным призванием. Будучи начинающим врачом в Вязьме, Булгаков, ви-димо, впервые попробовал всерьез и свое перо: написал рассказ «Зеленый змий» (возможно, начальный вариант рассказа «Морфий»). Позднее, в Киеве, в 1918-1920 го-дах работал, по-видимому, над «Записками земского врача (мы знаем позднейший их вариант - «Записки юного врача»). Лишь по названиям известны и другие ранние опыты Булгакова рассказ «Белый цвет и еще то ли повесть, то ли рассказ «Недуг». Ни одна из ран-них рукописей не сохранилась. Талант Булгакова возник для читателей почти вне-запно, и лишь теперь мы узнаем его истоки и подспуд ное движение. Яснее становятся и литературные предте чи, мир образовавших его художественный вкус чита тельских пристрастий. Смолоду среди любимых авторов Булгакова были Гоголь, Чехов и Щедрин. Если о пер-вых двух легко было догадаться и изучению, скажем, гоголевских мотивов в его творчестве уже посвящены со-лидные исследования, то значение Салтыкова-Щедрина для автора «Мастера и Маргариты» мы, похоже, недо-оценили. Обращает на себя внимание, что среди друзей Булга-кова или хотя бы близких знакомых, бывавших в его до-ме, писатели оказались в меньшинстве. Эта среда не ста-ла для него своей. Характерно, что он охотнее общался с литераторами старшего поколения В. В. Вересаевым, Е. И. Замяти ным, М. А. Волошиным, А. А. Ахматовой. Это был тот тип личности, та культура, которая ему более родствен-на. Из молодых ближе других оказались ему А. Файко и И. Ильф. А. Фадеев навестил его и познакомился с ним лишь в последние месяцы болезни. Тогда же по-явились в его доме Б. Пастернак, К. Федин. За годы, прошедшие с того дня, как небольшая тол па литераторов и "артистов провожала урну с прахом Булгакова на Новодевичье кладбище, он стал стреми тельно приближаться к нам. Былое его одиночество обернулось огромным вниманием к нему множества людей в нашей стране и во всем мире. Разгромные ста-тьи и клеветнические рецензии давних лет, как бы в воздаяние, сменились апологетическими монография-ми и почтительными, даже восторженными критически-ми разборами. Растущая популярность его книг, очень «личных», как бы непосредственно разговаривающих с вами, притянула внимание и к самому автору - его биографии, его судьбе. Сейчас уже очевидно, что ника-кие прихоти моды, летучего поветрия сенсации здесь ни при чем. Булгаков дорог людям как писатель и интере-сен как человек, воплотивший в своей судьбе, противив-шейся его дару, достоинство и мужество художника. Дз по литературе: Написать небольшой конспект