напиши сочинение по тексту 1) «Над вымыслом слезами обольюсь» — вот самое простое и точное определение искусства. (2) Человек знает, читая книгу, глядя спектакль или кинокартину,…
Напиши сочинение по тексту 1) «Над вымыслом слезами обольюсь» — вот самое простое и точное определение искусства. (2) Человек знает, читая книгу, глядя спектакль или кинокартину, что имеет дело с вымыслом, со сделанным другим человеком произведением, но испытывает при этом подлинные и сильнейшие переживания. (3) Чем же объяснить столь сильные переживания от вымысла? (4)Да только фактом искусства и величием этого факта. (5)Само же искусство непостижимо, как непостижим смысл жизни, да и факт самой жизни необъясним. (6)Именно поэтому нет никаких объективных и внятных критериев и признаков того, что одно произведение искусством является, а другое — нет. (7)Очевидность величия того или иного произведения искусства одному человеку совершенно недоказуема другому, который этого величия не чувствует и не видит. (8)Если человек не чувствует и не видит, то никакие доказательные базы, никакие убеждения всех искусствоведов мира ничего не смогут с этим поделать. (9)Как часто оказываются востребованы ремесленные изделия, какие-нибудь картины и скульптуры, в которых искусства не больше, чем в мебели, которые так же, как и мебель, служат только частью интерьера. (10)А также книги и фильмы, в которых нет даже самых слабых и первичных признаков искусства, которые изначально сделаны только с целью продажи и приобретаются только для того, чтобы как-то заполнить некое свободное время, как-то слегка развлечься... (11)Как часто такие поделки покупаются охотнее и оцениваются много выше, чем подлинные произведения искусства, которые неудобны, которые могут ранить, которые требуют сильных переживаний, которым «свободного» времени мало, с которыми развлечься и отдохнуть не получится. (12)Шедевром живописи нельзя дополнить интерьер. (13)Шедевру нужно особое пространство. (14)Чаще всего ремесленники кажутся художниками, потому что они художников из себя изображают. (15)Они удобны, услужливы, гибки, вменяемы и смышлёны. (16)Они готовы и могут объяснить всё, что делают, и всегда готовы быть полезными. (17)Художники же своевольны, неудобны и совсем не гибки. (18)Они не будут ничего объяснять из своих замыслов и произведений, понимая, что искусство необъяснимо и всякое объяснение есть некая ложь. (19)Настоящее искусство ускользает от понимания, просачивается сквозь пальцы. (20)Его невозможно удержать. (21)Его можно только чувствовать. (22)Его даже не пересказать. (23)Его невозможно передать своими словами. (24)Ремесленное же изделие, как правило, конкретно, понятно, весомо и даже имеет определённую практическую ценность. (25)Например, оно может приносить дидактическую, воспитательную или развлекательную пользу. (26)И это неплохо. (27)Если изделие хорошее, то и воспитание и развлечение тоже будут вполне приличными. (28)Или же изделие ремесленника может быть намеренно запутанным и казаться сложным. (29)В этом случае оно тоже имеет чисто развлекательное значение. (ЗО)Кому-то же нравится разгадывать ребусы и головоломки. (31)Многие ощущают пользу от этого, полагая, что тренируют память, внимание и развивают абстрактное мышление. (32)Подлинное же искусство иррационально и практического значения и применения не имеет. (ЗЗ)Трудное для восприятия произведение, сложно устроенное, требующее внимания и чувственного проникновения, не доверяющий искусству человек скорее отвергнет, заподозрив его в умышленной запутанности и намеренном усложнении автором случайных и неинтересных человеку идей. (34)Недоверие не позволит ему распознать подлинное искусство в массе фальшивок и манипуляций. (35)Не доверяющий искусству человек всегда будет искать разгадку, относясь к произведению как к цирковому фокусу: он всегда будет подразумевать, что разгадка есть, просто она сокрыта от глаз и он обязательно бы её нашёл, вот только что толку терять время на разгадывание какого-то фокуса. (36)С любой его точки зрения настоящее искусство совершенно бесполезно. (37)Вот изделия ремесленников и продаются, а искусство художников чаще всего остаётся неоплаченным или неоценённым. (38)Его невозможно оценить! (39)Оно же живое и непостижимое. (40)Сам автор не сможет найти и определить цену своего произведения искусства. (41)Общество, нацеленное на результат, стремящееся к конкретному и однозначному пониманию, всегда пытается дать всему оценку. (42)В том числе и оценить искусство. (43)Оценить конкретной суммой, ведь это вполне понятный результат. (44)Такая оценка всегда однозначна. (45)Установление цены — это отчасти замена пониманию. (46)Человек, не доверяющий искусству, не допускает наличия чуда в произведении. (47)Чуда — которое не фокус. (48)Которое рационально понять невозможно. (49)Его можно только почувствовать и пережить. (50)Сопережить!!! (По Е. В. Гришковцу)
Ниже представлено примерное сочинение по тексту Е. В. Гришковца. Текст размышляет о природе искусства и его различии с ремеслом, о трудности его понимания и оценки со стороны общества. В эссе прослеживаются основные идеи автора: искусство не поддаётся рациональному объяснению, его ценность — в переживании и чьём-то личном опыте, а попытки «рационализировать» его через цену или утилитарную пользу обречены на провал.
Сочинение
Вступление «Над вымыслом слезами обольюсь» — такова, по сути, самая простая и точная формула искусства, заложенная в начале текста. Автор утверждает, что искусство — это нечто сделанное другим человеком, но переживаемое нами глубоко и искренне. Между знанием о вымышленности произведения и силой эмоционального отклика рождается особенная двойственность: мы сознаём искусство как «вымысел», но всё же реагируем на него как на настоящее. Именно эта двойственность и составляет главную мысль автора: ценность искусства не в его «объективной» мере или утилитарной пользы, а в том, как оно действует на нас — как мы чувствуем и сопереживаем.
Основная часть
Эмоции от вымысла и факт искусства Текст подчёркивает, что человек, читая книгу, глядя спектакль или фильм, знает о вымысле, но тем не менее испытывает «подлинные и сильнейшие переживания» (последовательно линии 2). Эта парадоксальная ситуация — осознание чужого замысла и одновременно насыщенный душевный отклик — и есть характерная черта искусства. Искусство не требует от нас «поймать» точный смысл в буквальном смысле, чтобы ощутить его силу; скорее наоборот, именно переживание и есть смысл, потому что он не сводим к некоему логическому объяснению.
Отсутствие объективных критериев и сакральность произведения Далее автор подчёркивает, что «нет никаких объективных и внятных критериев и признаков того, что одно произведение искусством является, а другое — нет» (период между строк 6 и 8). Это означает, что величие может быть очевидно одному человеку и не заметно другому. Такая субъективность делает искусство «незаменимым» опытом для одного и чуждым для другого. Здесь же появляется идея «шедевр требует особого пространства» — искусство нуждается в специальных условиях восприятия (13-15). Это подчёркивает не столько формальные признаки, сколько духовную и эстетическую атмосферу, которая позволяет искусству раскрыться.
Ремесло против искусства: роль мастера и художника Разделение ремесла и искусства проходит через противопоставления ремесленников и художников. Ремесленник представляет собой полезного и удобного персонажа, который может объяснить свои действия и всегда готов быть полезным (14–17). Художник же — своевольный, неудобный, не склонный к объяснениям: «искусство необъяснимо и всякое объяснение есть некая ложь» (18). Настоящее искусство «ускользает от понимания, просачивается сквозь пальцы» (19–23); его «нельзя» пересказать и «нельзя передать своими словами» (22–23). В этом контексте ремесло обладает конкретной структурой и практической ценностью (24–27), тогда как искусство — иррационально и бесприменимо в бытовом смысле (32–36, 38–39).
Функции искусства и его противостояние утилитарности Автор противопоставляет полезность ремесленных изделий и их дидактическую или развлекательную ценность (25–31) с непредсказуемостью и «бесполезностью» подлинного искусства. Подлинное искусство не имеет «практического значения и применения» (33–34). Это приводит к резкому резонансу: произведения, которые требуют внимания и чувственного проникновения, могут встретить недоверие у тех, кто ищет чёткую разгадку и функциональную ценность (33–35). В этом плане автор подмечает, что общество часто оценивает искусство по рыночной цене и «конкретному» результату, считая цену «заменой понимания» (41–46). Чудо искусства оказывается несовместимым с прагматизмом рынка: он требует доверия, веры и переживания, которые не поддаются рациональной оценке (47–49). Оценка искусства как «цены» — это, по сути, попытка заменить понимание конкретной ценностью, что противоречит самой природе искусства.
Цена, доверие и предел восприятия В тексте подчёркнуто: «Общество… стремящееся к конкретному и однозначному пониманию, всегда пытается дать всему оценку» (41–42). Но именно произведение искусства «живое и непостижимое»; цена не способна «измерить» его истинную ценность (38–39). Автор напоминает, что «сопережить» — финальный порог восприятия: искусство требует эмпатии и эмоционального отклика, который не сводится к числам или объяснениям (49–50). В конечном счёте, подлинное искусство остаётся неуловимым и даже «сложно устроенным» для восприятия, что является его достоинством, а не недостатком (32–35).
Заключение Текст Гришковца ставит перед нами важный вопрос: можно ли ценность искусства свести к цене, к практической пользе или к объяснению рациональными методами? Ответ дан ясно: нет, нельзя. Подлинное искусство — это иррациональная сила, которую невозможно полностью объяснить или измерить; её сила лежит в переживании, в способности заставлять сердце реагировать и сопереживать, а не в том, чтобы быть полезным или понятным с первого взгляда. Как говорит автор, «настоящее искусство ускользает от понимания» и «его можно только чувствовать»; «не доверяющий искусству человек» всегда будет искать скрытую разгадку, что и подтверждает разницу между обманчивой простотой ремесла и глубиной искусства. В конце концов, искусство остаётся живым, непостижимым чудом, которое нельзя «передать своими словами» и которое требует от нас не столько рационального анализа, сколько открытого сердца и сопереживания.
Если нужно, могу адаптировать это эссе под конкретный класс или объём (например, под выпускной сочинение, 6–8 класс, или 10–11 класс) и сделать несколько вариантов по стилю: аргументированное, творческое или смешанное. Также могу привести план сочинения с тезисами и цитатами для подготовки к экзамену.
