Совсем иное Пушкин. Он был «личностью» всецело, но своё художественное дарование он воспринимал как служение Истине, почему и всё, что он, как художник, облекал в плоть «слова», было тоже голосом совести. Он мог «срываться», делая слово орудием своих страстей. Он воспринимал это как тяжкий грех, как падение. Но это только повышало его требовательность к себе. Волю, в ущерб голосу совести, порою давал себе Пушкин в стихах, не предназначенных для печати. В прозе он был всегда служителем слова, сдержанным и ответственным. И он говорил только то, что хотел сказать, находя своим мыслям точное выражение: лишних слов у Пушкина не найдёшь. (выдели в этом тексте деепричастный и причастный оборот.)
Ответ нейросети
03 октября 2025 09:46
Понравился ответ?
Задай свой вопрос
Напиши любую задачу или вопрос, а нейросеть её решит



