К какому роду литературы относится произведение И. С. Тургенева Отцы и дети?Текст произведенияПавел Петрович весь горел нетерпением; его желания сбылись наконец. Речь зашла об одном из соседних помещиков. Дрянь, аристократишко, равнодушно заметил Базаров, который встречался с ним в Петербурге. Позвольте вас спросить, начал Павел Петрович, и губы его задрожали, по вашим понятиям слова: дрянь и аристократ одно и то же означают? Я сказал: аристократишко, проговорил Базаров, лениво отхлебывая глоток чаю. Точно так-с: но я полагаю, что вы такого же мнения об аристократах, как и об аристократишках. Я считаю долгом объявить вам, что я этого мнения не разделяю. Смею сказать, меня все знают за человека либерального и любящего прогресс; но именно потому я уважаю аристократов настоящих. Вспомните, милостивый государь (при этих словах Базаров поднял глаза на Павла Петровича), вспомните, милостивый государь, повторил он с ожесточением, английских аристократов. Они не уступают йоты от прав своих, и потому они уважают права других; они требуют исполнения обязанностей в отношении к ним, и потому они сами исполняют свои обязанности. Аристократия дала свободу Англии и поддерживает ее. Слыхали мы эту песню много раз, возразил Базаров, но что вы хотите этим доказать? Яэфтим хочу доказать, милостивый государь (Павел Петрович, когда сердился, снамерением говорил: эфтим иэфто, хотя очень хорошо знал, что подобных слов грамматика недопускает. Вэтой причуде сказывался остаток преданий Александровского времени. Тогдашние тузы, вредких случаях, когда говорили народном языке, употребляли одни эфто, другие эхто: мы, мол, коренные русаки, ивтоже время мывельможи, которым позволяется пренебрегать школьными правилами), яэфтим хочу доказать, что без чувства собственного достоинства, без уважения ксамому себе, аваристократе эти чувства развиты, нет никакого прочного основания общественному... bien public, общественному зданию. Личность, милостивый государь, вот главное: человеческая личность должна быть крепка, как скала, ибо наней все строится. Яочень хорошо знаю, например, что выизволите находить смешными мои привычки, мой туалет, мою опрятность наконец, ноэто все проистекает изчувства самоуважения, изчувства долга, да-с, да-с, долга. Яживу вдеревне, вглуши, ноянероняю себя, яуважаю всебе человека. Позвольте, Павел Петрович, промолвил Базаров, вывот уважаете себя исидите сложа руки; какаяж отэтого польза для bien public? Выбы неуважали себя итожебы делали.Павел Петрович побледнел. Это совершенно другой вопрос. Мне вовсе неприходится объяснять вам теперь, почему ясижу сложа руки, как выизволите выражаться. Яхочу только сказать, что аристократизм принсип, абез принсипов жить внаше время могут одни безнравственные или пустые люди. Яговорил это Аркадию надругой день его приезда иповторяю теперь вам. Нетакли, Николай?Николай Петрович кивнул головой. Аристократизм, либерализм, прогресс, принципы, говорил между тем Базаров, подумаешь, сколько иностранных... и бесполезных слов! Русскому человеку они даром не нужны. Что же ему нужно, по-вашему? Послушать вас, так мы находимся вне человечества, вне его законов. Помилуйте логика истории требует... Да на что нам эта логика? Мы и без нее обходимся. Как так? Датакже. Вы, янадеюсь, ненуждаетесь влогике для того, чтобы положить себе кусок хлеба врот, когда выголодны. Куда нам доэтих отвлеченностей!Павел Петрович взмахнул руками. Я вас не понимаю после этого. Вы оскорбляете русский народ. Я не понимаю, как можно не признайать принсипов, правил! В силу чего же вы действуете? Я уже говорил вам, дядюшка, что мы не признаем авторитетов, вмешался Аркадий. Мы действуем в силу того, что мы признаем полезным, промолвил Базаров. В теперешнее время полезнее всего отрицание мы отрицаем. Все? Все.И. С. Тургенев Отцы идети