Укажите философское течение, приверженцем которого былБазаров. XXIV Раздался топот конских ног по дороге Мужик показался из-задеревьев. Он гнал двух спутанных лошадей перед собою и, проходямимо Базарова, посмотрел на него как-то странно, не ломая шапки,что, видимо, смутило Петра, как недоброе предзнаменование. Вотэтот тоже рано встал, подумал Базаров, да по крайней мере за делом, а мы? Кажись, они идут-с, шепнул вдруг Пётр.Базаров поднял голову и увидал Павла Петровича. Одетый в лёгкий клетчатый пиджак и белые, как снег, панталоны, он быстро шёлпо дороге; под мышкой он нёс ящик, завёрнутый в зелёное сукно. Извините, я, кажется, заставил вас ждать, промолвил он,кланяясь сперва Базарову, потом Петру, в котором он в это мгновение уважал нечто вроде секунданта. Я не хотел будить моегокамердинера. Ничего-с, ответил Базаров, мы сами только что пришли. А! тем лучше! Павел Петрович оглянулся кругом. Никогоне видать, никто не помешает Мы можем приступить? Приступим. Новых объяснений вы, я полагаю, не требуете? Не требую. Угодно вам заряжать? спросил Павел Петрович, вынимаяиз ящика пистолеты. Нет; заряжайте вы, а я шаги отмеривать стану. Ноги у менядлиннее, прибавил Базаров с усмешкой. Раз, два, три Евгений Васильич, с трудом пролепетал Пётр (он дрожал,как в лихорадке), воля ваша, я отойду. Четыре пять Отойди, братец, отойди; можешь даже за дерево стать и уши заткнуть, только глаз не закрывай; а повалится кто,беги подымать. Шесть семь восемь Базаров остановился. Довольно? промолвил он, обращаясь к Павлу Петровичу, илиещё два шага накинуть? Как угодно, проговорил тот, заколачивая вторую пулю. Ну, накинем ещё два шага. Базаров провёл носком сапогачерту по земле. Вот и барьер. А кстати: на сколько шагов каждомуиз нас от барьера отойти? Это тоже важный вопрос. Вчера об этомне было дискуссии. Я полагаю, на десять, ответил Павел Петрович, подавая Базарову оба пистолета. Соблаговолите выбрать. Соблаговоляю. А согласитесь, Павел Петрович, что поединокнаш необычаен до смешного. Вы посмотрите только на физиономиюнашего секунданта. Вам всё желательно шутить, ответил Павел Петрович. Я не отрицаю странности нашего поединка, но я считаю долгом предупредить вас, что я намерен драться серьёзно. A bon entendeur,salut!* О! я не сомневаюсь в том, что мы решились истреблять другдруга; но почему же не посмеяться и не соединить utile dulci?** Так-то:вы мне по-французски, а я вам по-латыни. Я буду драться серьёзно, повторил Павел Петрович и отправился на своё место. Базаров, с своей стороны, отсчитал десять шаговот барьера и остановился. Вы готовы? спросил Павел Петрович. Совершенно. Можем сходиться.Базаров тихонько двинулся вперёд, и Павел Петрович пошёлна него, заложив левую руку в карман и постепенно поднимая дулопистолета Он мне прямо в нос целит, подумал Базаров, и какщурится старательно, разбойник! Однако это неприятное ощущение.Стану смотреть на цепочку его часов Что-то резко зыкнуло околосамого уха Базарова, и в то же мгновенье раздался выстрел. Слышал,стало быть ничего, успело мелькнуть в его голове. Он ступил ещёраз и, не целясь, подавил пружинку.Павел Петрович дрогнул слегка и хватился рукою за ляжку. Струйка крови потекла по его белым панталонам.Базаров бросил пистолет в сторону и приблизился к своему противнику. Вы ранены? промолвил он. Вы имели право подозвать меня к барьеру, проговорил ПавелПетрович, а это пустяки. По условию каждый имеет ещё по одномувыстрелу. Ну, извините, это до другого раза, отвечал Базаров и обхватил Павла Петровича, который начинал бледнеть. Теперь я ужене дуэлист, а доктор и прежде всего должен осмотреть вашу рану.Пётр! поди сюда, Пётр! куда ты спрятался? * Имеющий уши да слышит! (франц.).** Полезное с приятным (лат.). (И. С. Тургенев, Отцы и дети)