Во второй раз он видит её в доме сотника: «Она лежала как живая. Чело прекрасное, нежное, как снег, как серебро, казалось мыслило; брови ночь среди солнечного дня, тонкие, ровные, горделиво приподнялись над закрытыми глазами, а ресницы, упавшие стрелами на щеки, пылавшие жаром тайных желаний; уста - рубины, готовые усмехнуться... Он чувствовал, что душа его начинала как-то болезненно ныть... -Ведьма!- вскрикнул он не своим голосом.... Это была та самая ведьма, которую он убил».