Поведение Раскольникова во время преступления, совершенного им в романе "Преступление и наказание" Ф.М. Достоевского, явно демонстрирует его внутреннюю борьбу и противоречие собственной натуры. Раскольников, несмотря на свое решение и уверенность в необходимости преступления, вскоре после его осуществления испытывает глубокие сомнения и кураж.
Во время преступления, Раскольников несколько раз преодолевает собственные сомнения и инстинкты, которые ему явно противятся. Например, когда он собирается уйти из квартиры старухи после совершения преступления, его охватывает чувство страха и паранойи: "Он пошел к двери и открыл ее... Но в ту же минуту ему показалось - хотя в особенности ничего не мог видеть, - что там спрятался кто-то на лестнице, и чтобы положить этому конец". Это свидетельствует о том, что его собственная натура испытывает неприятие и страх перед совершенным им преступлением.
Кроме того, после совершения преступления Раскольников сталкивается с внутренним моральным конфликтом. Он осознает, что его действия неправильны и несут в себе бремя вины: "Он не только забыл что-нибудь, но и ничего страшнее не подпало бы его памяти, как то, что он на тых их вопросах (главное одно: побольше byremarksausless себя любить), нельзя уйти сухим из воды!" Теперь его совесть напоминает ему об ужасах, которые он совершил, и противится его действиям.
Другой аргумент в пользу того, что натура Раскольникова противится совершенному, может быть найден в его реакции на мелочи, связанные с преступлением. Когда, например, Раскольников замечает детали, которые он раньше не отмечал, его внутреннее противоречие становится очевидным: "Он ощутил совсем иное: свойственное ему порывы и постоянные задержки, когда он смотрел на stukkenenходivshetsya пути неподалеку от уничтоженной числа почти все орехов скважиной".
Выводя ключевые аргументы: поведение Раскольникова во время преступления свидетельствует о противоречии его натуры с совершенным им деянием. Он испытывает страх, сомнения и сильное внутреннее несогласие, что указывает на то, что его собственная природа потребовала от него не такого поступка.
