Задание №70861 ЕГЭ Литературе

В каких произведениях отечественной литературы изображены трагические события революции и Гражданской войны и в чём эти произведения можно сопоставить с шолоховским «Тихим Доном»?

Шла весна. Сильнее пригревало солнце. На южных склонах бугров потаял снег, и рыжая от прошлогодней травы земля в полдень уже покрывалась прозрачной сиреневой дымкой испарений. На сугревах, на курганах, из-⁠под вросших в суглинок самородных камней показались первые ярко-⁠зелёные острые ростки травы медвянки. Обнажилась зябь. С брошенных зимних дорог грачи перекочевали на гумна, на затопленную талой водой озимь. В логах и балках снег лежал синий, доверху напитанный влагой; оттуда всё ещё сурово веяло холодом, но уже тонко и певуче звенели

в ярах под снегом невидимые глазу вешние ручейки, и совсем по-⁠весеннему, чуть приметно и нежно зазеленели в перелесках стволы тополей.

Подходила рабочая пора, и с каждым днём таяла фоминская банда. После ночёвки наутро недосчитывались одного-двух человек, а однажды сразу скрылось чуть ли не полвзвода; восемь человек с лошадьми и вооружением отправились в Вешенскую сдаваться. Надо было пахать и сеять. Земля звала, тянула к работе, и многие фоминцы, убедившись в бесполезности борьбы, тайком покидали банду, разъезжаясь по домам. Оставался лихой народ, кому нельзя было возвращаться, чья вина перед советской властью была слишком велика, чтобы можно было рассчитывать на прощение.

К первым числам апреля у Фомина было уже не больше восьмидесяти шести сабель. Григорий тоже остался в банде. У него не хватало мужества явиться домой. Он был твёрдо убеждён в том, что дело Фомина проиграно и что рано или поздно банду разобьют. Он знал, что при первом же серьёзном столкновении с какой-либо регулярной кавалерийской частью Красной Армии они будут разгромлены наголову. И всё же остался подручным у Фомина, втайне надеясь дотянуть как-⁠нибудь до лета, а тогда захватить пару лучших в банде лошадей, махнуть ночью в Татарский и оттуда вместе с Аксиньей  — на юг. Степь донская широкая, простору и неезженых дорог в ней много; летом все пути открыты, и всюду можно найти приют... Думал он, бросив где-⁠нибудь лошадей, пешком с Аксиньей пробраться на Кубань, в предгорья, подальше от родных мест, и там пережить смутное время. Иного выхода, казалось ему, не было.