Задание №85755 ЕГЭ Русскому языку

Среди предложений 15-19 найдите такое(-ие), которое(-ые) связано(-ы) с предыдущим при помощи союза, указательного местоимения, притяжательного местоимения и формы слова. Запишите номер(а) этого(-их) предложения(-ий).

Текст:
(1)Певцы вошли, собственно, они оказались здесь же, за дверьми, через которые и мы проходили. (2)Их было десять человек, всего десять. (3)Причём все молодые, можно сказать, мои ровесники. (4)Все в одинаковых чёрных концертных костюмах, с жёсткими бабочками на белых манишках, все в чёрных ботинках. (5)Ни тебе инструментов, ни микрофонов, ни эстрад­ных звукоусилителей, ни даже помоста для сцены и никаких, конечно, световых манипулято­ров – просто в зале несколько приглушили свет.
(6)И хотя я был уверен, что сюда собрались слушатели, имеющие представление, что такое капелла, мне почему-то стало страшно за певцов. (7)Столько народу собралось, да и мо­лодёжь наша привыкла к электронному громогласию, а они – как безоружные солдаты на поле боя.
(8)Певцы плотно выстроились плечом к плечу, образовав небольшое полукружие. (9)Лица их были спокойны и сосредоточенны, точно они вовсе не боялись за себя. (10)И ещё одну странность я заметил – все они почему-то казались похожими друг на друга как две капли воды. (11)Возможно, потому, что в этот час ими владела общая забота, общая готовность, единый душевный порыв. (12)Ведь в такие мгновения всё, может быть, и очень важное в дру­гое время в повседневной жизни каждого исключается из помыслов, как перед нача­лом боя.
(13)Певцы были готовы. (14)Они ещё немного помолчали, настраивая дыхание, ещё тес­ней сплотились плечами, и тут стало совсем тихо, зал точно опустел – до того всем было инте­ресно, что же смогут эти десятеро, как они отважились и на что надеются. (15)И вот по кивку стоящего справа третьим от края – видимо, ведущего в этой группе – они запели. (16)И голоса взлетели…
(17)Уже с зачина стало ясно, что этой капеллой достигнута такая степень спетости, такая подвижность и слаженность голосов, которую практически немыслимо достигнуть десяти раз­ным людям, какими бы вокальными данными и мастерством они ни обладали, и если бы это песнопение проходило в сопровождении любых, особенно современных, музыкальных инстру­ментов, то, несомненно, такое уникальное здание на десяти опорах разрушилось бы. (18)Редкая судьба могла устроить такое чудо – чтобы именно они, эти десятеро, отмеченные свыше, роди­лись примерно в одно и то же время, выжили и обнаружили друг друга, прониклись сыновним чувством долга перед праотцами. (19)И в этом была сила их искусства, сильного лишь страстью, упоением, могуществом исторгаемых звуков и чувств.
(20)Слушатели были покорены, зачарованы, повергнуты в раздумья; каждому представился случай самому по себе, в одиночку, примкнуть к тому, что веками слагалось в трагических заблуждениях и озарениях разума, вечно ищущего себя вовне, и в то же время вместе со всеми, коллективно воспринять Слово, удесятеряющее силу пения от сопричастности к нему множества душ. (21)И в то же время воображение увлекало каждого в тот неясный, но всегда до боли желанный мир, слагающийся из собственных воспоминаний, грёз, тоски, укоров совести, из утрат и радостей, изведанных человеком на его жизненном пути.
(22)Я не понимал и, по правде говоря, не очень и желал понимать, что происходило со мной в тот час, что приковало мои мысли и чувства с такой неотразимой силой к этим десяте­рым певцам, с виду таким же, как и я, людям, но гимны, которые они распевали, словно исхо­дили от меня, от моих собственных побуждений, от накопившихся болей, тревог и восторгов, до сих пор не находивших во мне выхода, и, освобождаясь от них и одновременно наполняясь но­вым светом и прозрением, я постигал благодаря искусству этих певцов изначальную сущность храмового песнопения – этот крик жизни, крик человека с вознесёнными ввысь руками, гово­рящий о вековечной жажде утвердить себя, облегчить свою участь, найти точку опоры в необо­зримых просторах вселенной, трагически уповая, что существуют, помимо него, ещё какие-то небесные силы, которые помогут ему в этом.
(23)Как я радовался, как благодарил случай, приведший меня сюда, чтобы подарить мне этот праздник, когда моё существование словно бы вышло на вневременной и внепространственный простор, где чудодейственно совмещались все мои познания и переживания, – и в вос­поминаниях о прошлом, в сознании настоящего и в грёзах о будущем. (24)И среди этих раз­мышлений мне подумалось, что я ещё не любил, и тоска по любви, которая жила в моей крови и ждала своего часа, дала о себе знать щемящей болью в груди. (25)Кто она, где она, когда и как это будет? (26)Несколько раз я оглядывался невольно на двери – возможно, она пришла и сто­ит там, слушает и ждёт, когда я увижу её. (27)Как жаль, что её не было в тот час в том зале, как жаль, что невозможно было тогда разделить с ней то, что меня волновало и питало моё вообра­жение. (28)И ещё я думал – только бы судьба не устроила из этого нечто смешное, такое, что потом самому будет стыдно вспоминать…

(По Ч.Т. Айтматову*)

* Чингиз Торекулович Айтматов (1928-2008) – советский писатель, дипломат.