Краткий конспект Великие тексты литературы обретают вторую жизнь в многочисленных исследованиях, новых прочтениях и интерпре-тациях. В этом отношении «Слово о полку Игореве» - одно из наиболее «трудных» и загадочных произведений отечест-венной классики. Можно ли с однозначностью определить жанр «Слова...»? Это и героическая поэма, и воинская повесть, и историческая песнь, «укладывающиеся» в единое авторское определение - «слово». Что характеризует стилистику поэмы - эпическое, монументальное начало или авторский лиризм, при-дающий «Слову...» неповторимое эмоциональное звучание? Эти и другие вопросы, включая проблему авторства «Слова...», требуют бережного прочтения древнерусского литературного шедевра. Предметом научной полемики стали даже отдельные слова и фрагменты текста «Слова...», в первых копиях которого изначально были допущены ошибки и неточности. Одной из причин смысловых «затемнений» в поэме явилась и ошибочная разбивка текста оригинала (в древнерусских рукописях текст писался в сплошную строку, то есть без пробелов между словами), и разночтение при определении значения имён и названий. Особого внимания заслуживает имеющая свою историю полемика вокруг вопроса о подлинности «Слова...». Гибель Рукописи-памятника в пожаре 1812 года явилась основанием для сомнений в существовании древнего списка (именно такую позицию заняли представители так называемой скептической школы учёных-источниковедов начала XIX века). А.С. Пушкин отмечал в своей заметке 1836 года, посвящён-ной анализу некоторых «тёмных мест» «Слова о полку Игоре-ве»: «Некоторые писатели усумнились в подлинности древнего памятника нашей поэзии и возбудили жаркие возражения». М.Г. Каченовский, О.И. Сенковский и П.И. Давыдов выдвинули идею о позднейшем происхождении поэмы (к этому времени ещё не была открыта «Задонщина» - другой русский памят-ник, обнаруживающий явные переклички с созданным ранее «Словом...»). Пушкинский ответ «скептикам» явился примером феномена художественной интуиции, присущей гениальным творцам: «Других доказательств нет, как слова самого пес-нотворца. Подлинность же самой песни доказывается духом древности (выделено мной. - С.3.), под который невозможно подделаться». Более поздние попытки опровергнуть древность и подлинность «Слова...» (работы французских учёных Л. Леже и А. Мазона) так и не смогли поколебать «вненаучного» пуш-кинского доказательства. Вместе с тем само возникновение подобной полемики безусловно стимулировало многостороннее изучение «Слова...», внёсшее вклад в отечественную науку и культуру. Решающее слово в споре о фальсификации памятника было сказано выдающимся российским лингвистом академиком А.А. Зализняком в докладе «Проблема подлинности "Слова о полку Игореве"» (2007): «Подделка не является абсолютно невозможной, но её можно допустить только в том предположе-нии, что её осуществил некий гений, причём пожелавший полностью скрыть от человечества свою гениальность». «Слово о полку Игореве» - не просто уникальный литературный памятник, а одна из вершин отечественной поэзии, ярчайшее проявление национального гения. В этой связи уместно вновь сослаться на Пушкина, утверждавшего, что многие писатели XVIII века «не имели все вместе столько поэзии, сколько находится оной в плаче Ярославны, в описании битвы и бегства». Современный казахский поэт О. Сулейменов, кропотливо изучавший «Слово...», высказался так же определённо: «Стиху учит "Слово...". Годами вчитываясь в него, получаешь поэтическое образование».